Книга Клуб разбитых сердец, страница 29 – Юлия Резник

Для себя делаю пометку разобрать этот кейс и дать втык тому, кто чуть не подвел нас под монастырь.

— Ладно, — провожу ладонью по лицу. — Живи.

— Правда? — Мариша моментально расцветает.

— Пока да, — хмыкаю. — Дина, её еще рано ставить на звонки. Пусть пообвыкнется. Вас послушает.

Дина кивает так энергично, словно готова подписаться под этим распоряжением кровью.

Разговор прерывает появление еще одного нашего VIP-клиента. Хотя, наверное, проще сказать, кто у нас здесь не VIP. Мариша резвой козочкой вскакивает с места и… падает назад, удерживаемая крепкой рукой более опытной наставницы.

— Разве я не должна встретить гостя? — громким шепотом орет Мариша, и даже не спрашивайте меня, как у нее это получается.

— Этого не надо! — шикает на нее Дина.

— А почему? И как понять, кого надо, а кого нет?! — чуть не плачет Мариша.

— Просто запомнить. Их не так много. Тех, кого не надо встречать.

— Что это у него за прикол?

— Он мизогин. И социопат.

— Вот этот?! — Марина тычет Рамилю в спину. — Ничего себе. А так и не скажешь, что у него с головой непорядок.

— Боже, да тише ты! С головой у него как раз все окей. Он вундеркинд. Или что-то вроде того. Рамиль Шакиров… Не слышала?

— А что, я должна была?

— Ну, он довольно популярная личность. Крутой шахматист.

— А… — осторожно тянет Мариша. — И как это определяется?

Я приподнимаю бровь.

— В смысле?

— Ну… — она делает неопределённый жест рукой. — В теннисе, например, все ясно. Там первая ракетка мира, рейтинги, все дела… А тут? Шахматы. Он что… первая фигура?

Дина тихо фыркает. Я устало касаюсь гудящих висков подрагивающими пальцами.

— Почти угадала, — говорю. — У них тоже рейтинг.

— Значит, он на первом месте? — восторженно интересуется Мариша.

— Нет, сейчас на втором. А пару лет назад и вовсе опускался на третье. Вот когда он нам крови попил!

— То есть сейчас это еще не предел? — с опаской уточняет Марина, косясь ему вслед.

— Сейчас… — я прикидываю. — Да сейчас он просто душка, Мариша.

Дина прыскает.

— Нет, душкой Рамиль был, когда возглавил рейтинг, — добавляет она. — Он тогда даже здоровался…

— Ого. Ничего себе подвиг.

О-йо-йо! Что это было? Неужто сарказм? Выходит, не совсем Мариша того, да? Может показать зубки? Ловлю себя на том, что улыбаюсь. Теперь, когда я уверена, что Ратников запал вовсе не на Марину, она нравится мне гораздо больше. Ее активность и бесконечный энтузиазм кажутся мне почти терпимыми.

Ой, все!

Резко поворачиваюсь и чуть не врезаюсь в вернувшегося зачем-то Шакирова. Мне он кивает, девочек игнорирует полностью. Одно время я размышляла над тем, почему до меня он все же снисходит, и в конечном счете пришла к выводу, что так он отмечает мои заслуги на ниве спорта. То есть признает меня если не равной себе, то где-то около.

Говорю же, специфический человек.

Ведет взглядом по стойке, где у нас обычно лежат ключ-карты к шкафчикам. Вытаскивает из кармана свою, персональную. Очевидно, ту надо перепрошить — тут и к бабке ходить не надо. Дина проворно вытаскивает пластиковый прямоугольник из его холеных пальцев. И поскольку обращаться к гостю нельзя, а молчать как-то странно, говорит Марише:

— Смотри и запоминай. Это закрепленный за гостем ключ. Бывает, он размагничивается. Чтобы это исправить… — Щёлкает мышкой, открывая программу. — Вот тут выбираем шкафчик, потом прикладываем карту к считывателю… — Подносит карту к чёрному прямоугольнику. Тот коротко пищит. — …и всё готово.