Книга Дорогое удовольствие, страница 110 – Татьяна Никандрова

Скажи, что все изменится.

Скажи, что ты только мой.

Скажи, что любишь.

Скажи, и я сдамся.

Но он не говорит. Ничего не обещает. Не обнадеживает. Не успокаивает.

Просто тянется к моим губам в попытке сорвать с них еще один поцелуй. Снова хочет воспользоваться моим телом, полностью игнорируя потребности моей души.

— Не надо, – делаю шаг назад и легонько отталкиваюсь от Антона. – Это уже ни к чему.

Пеплов кажется раздосадованным и даже злым, но сейчас мне на это плевать. Он сам учил ставить собственное «я» на первое место. И я ставлю. Впервые в жизни думаю о себе. Не только о своей физической оболочке, но и о ментальном здоровье. Оказывается, оно тоже очень важно.

— Хотела узнать, обязательно ли мне отрабатывать две недели? – держа в узде бушующие эмоции, интересуюсь я.

— Сдай дела и у кадровиков оформись, – отзывается Пеплов, отворачиваясь к окну. – Отрабатывать необязательно.

— Спасибо. Заявление все-таки можно забрать? – киваю на лист бумаги, который он по-прежнему держит в руке.

— Конечно, – Антон наконец вручает мне заветный документ. – Другую работу планируешь искать?

Самой собой, планирую. Мне же нужно на что-то жить.

— Да, с завтрашнего дня начну поиски.

— Если хочешь, могу поговорить со своими знакомыми по поводу открытых вакансий…

— Не надо, я сама, – с нажимом на последнее слово, обрываю я. – Но за рекомендацию буду благодарна.

— Хорошо, напишу, – кивает он, вновь возвращаясь в свое кресло. – Удачи, Камила.

Смотрит долго и выразительно, словно пытается запомнить мое лицо в деталях. Может, и правда пытается? Мне было бы приятно так думать. Ведь его лицо отпечаталось в моей памяти навсегда.

— И тебе удачи, Антон.

Следующие два месяца проходят как в тумане. Я хожу на пары, ем, крашусь, общаюсь с окружающими на тотальном автопилоте. Чувства притупились, будто в спячку впали. Ничто не радует, ничего не хочется – не жизнь, а просто существование. Вялое и бесцветное.

Из плюсов – мне достаточно быстро удается найти новую работу. Теперь я администратор на ресепшене в престижном гостиничном комплексе. Пеплов, как и обещал, написал мне рекомендацию. Довольно впечатляющую, надо сказать. Поэтому проблем с поиском подходящего места у меня не возникло.

Драгоценности, которые я порывалась ему вернуть в приступе обиды, он не принял. Сказал, они принадлежат мне и я могу делать с ними все, что захочу. Могу носить, могу выкинуть, могу в ломбард сдать, мол, ему без разницы.

Разумеется, у меня в голове не было и мыслей о продаже украшений и уж тем более об их выбросе. Эти вещи значат для меня слишком много, чтобы я могла вот так по-свински с ними поступить. Но и носить их, как в былые времена, явно выше моих сил. Поэтому я просто спрятала всю ювелирку глубоко под матрас, надеясь, что воры-домушники никогда не позарятся на зачуханную комнатку в студенческом общежитии.

О том, как живет Пеплов сейчас, мне ничего неизвестно. Ну, или почти ничего. Айгуль из бухгалтерии, общение с которой не прервалось, даже несмотря на мой уход из фирмы, периодически информирует меня о том, как поживает мой прежний босс. Оказывается, она все это время была в курсе нашего с Антоном романа. Как, впрочем, и другие сотрудники. Но об этом я узнала лишь после увольнения.

По словам Айгуль, Пеплов так же регулярно мотается в Москву, много работает и допоздна засиживается в офисе. Про его отношения с Астаховой вопросов я не задаю, да и вряд ли приятельница сможет мне на них ответить. Она обладает лишь общими и довольно формальными сведениями о жизни Антона.