Книга Измена. Неправильная сказка, страница 88 – Любовь Попова, Елена Гром

— Блин. Я подумал, каких только не трахают.

Я хмурюсь тут же, а он пожимает плечами, мол предупреждал. Я рассматриваю женщин, вполне себе ничего. Обыкновенные. У нас таких в деревне было много.

Тоже мне, эстет.

— Я тоже была толстой, — говорю ему тихо.

— Ты была аппетитной и охуительно мягкой. Но толстой ты не была никогда.

— А если буду?

— Ну и отлично, значит я останусь единственным мужчиной в твоей жизни.

— Дурак, — пихаю его чуть, но про себя улыбаюсь. Но с грустью, потому что когда — то мечтала, что Костя станет первым и единственным, но не судьба.

Когда подходит наша очередь, мы вместе проходим в кабинет, где я укладываюсь на кушетку. Я долгое время смотрю в экран, силясь рассмотреть все детали крохотных ручек и ножек. Но в какой — то момент я увидела Костю. Его лицо.

Оно такое, просто не поддается описанию. Его глаза раскрыты, его зрачки расширены. Крылья носа раздуваются, а губы плотно сжаты. Он так внимательно смотрит в монитор, что я не выдерживаю и тоже туда заглядываю.

— Все хорошо?

— Все у вашей девочки хорошо. Патологий я не вижу. Хотя не понимаю, почему вас не отправили на скрининг раньше.

Все-таки девочка. Обалдеть.

— А что, уже видно, что девочка? — женщина кивает, показывает пальцем, но я ничего не различаю. Только осознаю. Девочка. И плевать, что, Костя наверняка надеялся на мальчика.

— Ты, наверное, расстроен, что девочка, — говорю, когда мы уже выходим из больницы, а Костя все это время не проронил ни слова. Только зачем — то сам стер гель с моего живота. Я не просила.

— Дура что ли? — грубит он, и я уже хочу возмутиться, но заглядываю в его лицо и немного пугаюсь. Там слезы.

— Ты чего? — спрашиваю, но он мотает головой. Помогает забраться в машину. Садится сам. Я уже хочу спросить снова, но ахаю от неожиданности.

Он вдруг обнимает меня, резко, сильно, до сбившегося дыхания.

— Если бы я тогда приехал домой, это был бы наш второй ребенок. Если бы я не трахал ее…. — он сжимает меня крепко, не отпускает, а я вместо того, чтобы отстраниться, нежусь в его крепких, таких родных руках, захлебываюсь запахом его парфюма, его мужским, ни с чем несравнимым ароматом. И почему — то именно сейчас думаю, что, Костя мог быть каким угодно мужем, но отцом он будет самым лучшим. Я просто представляю, какой бы я выросла, будь у меня такой отец как Костя.

Трамвай, на котором я сегодня путешествую, явно привез меня не туда. Но водитель не таксист, с ним не поругаешься. Тем более это оказывается конечной. Теперь я думаю, что моя упертость в отношении машины была лишней. Наверное, все — таки стоило согласиться отвезти ее хотя бы в ремонт. Но мне не хотелось лишний раз беспокоить Костю. Напрягать его.

Решили же вроде, что у каждого своя жизнь.

Так что как только сегодня машина заглохла по дороге, я тут же отвезла ее на СТО. Там правда мне насчитали какие — то нереальные деньги. Оставила пока там, накоплю и заберу. А пока общественный транспорт. Правда я кажется перепутала номера трамваев. Идиотка.

— Ну и что ты сидишь, девочка, — какая — то старушка привлекла мое внимание, пока я смотрела на унылый пейзаж за окном. Старые дома, перекошенные дворы. И эта старушка одуванчик собирается пройтись здесь одна? Еще и с этими огромными сумками.

— Да просто первый раз здесь. Давайте помогу, — встаю, иду к ней. Вместе вытаскиваем сумки. Они не тяжелые, но явно чем — то набиты.