Книга Фау-2, страница 44 – Роберт Харрис

Вся эта затея с самого начала содержала в себе элемент безумия. В Штеттине на допросах у Графа пару раз возникало желание просто поднять руки и признаться в своих подозрениях: фон Браун не для того построил Пенемюнде, чтобы создать оружие, а оружие создал для того, чтобы построить Пенемюнде. Дерзость этого мероприятия, его рискованность ошеломляла.

Только на третий день Графу задали наконец вопрос, к которому подводили все это время:

— В воскресенье, семнадцатого октября тысяча девятьсот сорок третьего года, на пляже в Цинновице, на вечеринке в обществе профессора фон Брауна, доктора Гельмута Греттрупа и доктора Клауса Риделя, говорили ли вы, что война проиграна, что ракеты не спасут Германию и вашей целью с самого начала было построение космического корабля?

В течение следующих нескольких секунд, хотя горло сдавило, а сердце будто перестало качать кровь, мозг инженера лихорадочно перебирал варианты самого безопасного ответа. Каковы показания остальных? Если они расплывчатые, это одно, а если нет, то…

— Господа, не припомню, чтобы я говорил нечто подобное. Тут, наверное, какая-то ошибка…

«Послушай меня, Руди, я скажу абсолютную истину. Дорога на Луну проходит через Куммерсдорф».

«Нет, дорогой мой Вернер. При всей твоей гениальности дорога через Куммерсдорф привела нас не на Луну. Она привела нас вот сюда».

За спиной раздался звук. У Графа мышцы окоченели от холода. Он неловко поднялся и повернулся. Кто-то шел по тропе через лес. Между деревьями метался свет фонариков. Залаяла собака. Появился эсэсовский охранник с автоматом у плеча, за ним второй и, наконец, кинолог с большой немецкой овчаркой, рвущейся с поводка. Инженер поднял руки. Свет фонаря ударил прямо в лицо, ослепив. Граф попытался прикрыть ладонью глаза.

— Не двигаться! – рявкнула одна из скрытых в тени фигур.

— Я доктор Граф, у меня есть пропуск. – Он скривился и отвернул голову. – Нельзя ли не светить мне в глаза?

— Это штатский из Пенемюнде, штурмман, – сказал второй эсэсовец. – Вы что, его не узнали?

— Как же, узнал. Документы!

Граф устало сунул руку в карман:

— Раз узнали, зачем вам мои документы?

Вдалеке завыла сирена.

Инженер передал пропуск.

— Это запуск. Мне полагается быть там.

— Тогда что вы делаете здесь?

— Просто возьмите и проверьте, ладно? – Граф смотрел в сторону леса, а охранник тем временем занялся долгой процедурой: закинул за плечо автомат, переложил фонарь в другую руку и направил луч на пропуск. Чувствуя нетерпение Графа, он тянул время.

— Я задал вопрос, доктор: что вы делаете в запретной зоне?

Грохот первой стадии зажигания «Фау–2» огласил лес. Граф повернулся на звук. Эсэсовцы поступили аналогично. Трудно было судить, на каком расстоянии от них находится стартовая площадка. Полусфера света возникла среди мрака, озарив верхушки хвойных деревьев, колыхавшихся подобно морю. Затем стал медленно подниматься огненный столб. Он достиг в высоту метров пятидесяти и замер. В течение нескольких секунд стоял неподвижно, пульсируя красным и синим, а потом начал медленно смещаться вбок, все еще сохраняя вертикальное положение. Затем медленно наклонился и вскоре исчез. В лесу было светло как днем. Мгновение спустя раздался грохот – это взорвались топливные баки.

Никто не произнес ни слова, ни звука – по крайней мере, так запомнилось Графу, – а потом он очнулся от транса, промчался мимо эсэсовцев, съехал вниз по песчаной тропе.