Книга Среди змеев, страница 95 – Марк Дж. Грегсон

Большинство гостей слишком заняты и не замечают нас с Брайс. Зато человек за барной стойкой видит. Раскрыв рот, он вытирает руки о тряпку и спешит обнять меня.

— Конрад! – отстранившись, Макгилл треплет меня по щеке. – Ты глянь, как окреп. Здоровый стал, что твой мэштавн! – Потом, глянув на Брайс, он луково интересуется: – А это кто?

— Это Брайс, – отвечаю. – Она мой друг.

Ее он тоже обнимает. Кинув на меня удивленный взгляд, Брайс похлопывает Макгилла по спине. И вот, оставив позади пьяных и музыку, мы удаляемся на заднюю кухню. Там на дровяной печи варится суп с картошкой и горохом. И пока Макгилл помешивает его, добавляя соли, я достаю из кармана кошель с монетами.

— Макгилл, ты принял нас с матерью и не брал денег, – говорю. – Это твое.

Обернувшись, Макгилл при виде денег роняет половник.

— Конрад, это… это… я не могу…

Кошель набит плотно. На эти деньги Макгилл мог бы уехать отсюда или нанять охранников – стеречь таверну от воров. Самое главное – он низинник, а низиннику не бросишь вызов, ведь ему падать некуда. Эти деньги будут принадлежать ему, всегда. Лишь бы он сберег их от грабителей.

— Я принц, – напоминаю. – И велю тебе взять эти деньги.

Макгилл со смехом упирает руки в бока:

— Смотрю, ты как был нахалом, так им и остался.

Я широко улыбаюсь.

— Макгилл, – говорю потом, переходя на серьезный тон, – прошу тебя, прими эти деньги. Мне нужно, чтобы ты их взял.

Посмотрев на меня и почесав седой затылок, он наконец со вздохом уступает:

— Ну ладно, парень, уговорил.

Потом он угощает нас выпивкой. Устроившись с нами за отдельным столиком, выслушивает мой рассказ о Состязании, о том, как я стал капитаном, а после – принцем, и пораженно посмеивается.

Мы с Брайс прихлебываем горячий картофельный суп. Хотя из приправ в нем одна только соль, зато он нажористый. В Низине это просто отличное блюдо.

Макгилл предлагает добавки, говорит, что может еще и мяса подать. Дорогого – для него так уж точно, – но я останавливаю его. Мне бы очень хотелось провести с ним больше времени, однако час уже поздний. И вот, обняв хозяина напоследок, мы с Брайс через чердак вылезаем на крышу, там по лестнице возвращаемся в шлюпку и улетаем.

Пока мы парим в холодном воздухе под полумесяцем, Брайс придвигается поближе ко мне. Я указываю ей на другие места в Низине – например, на бойцовую яму – и рассказываю истории. Слушая, она кладет голову мне на плечо.

Я замираю, слегка пораженный нашей близостью, ведь, когда пару часов назад Брайс открыла мне дверь своей каюты, я всерьез испугался, что она убьет меня. И это – все та же девушка, которой я с треском проиграл на дуэли.

Между мной и Брайс все очень сложно. Есть еще и дядин запрет. Но я смотрю на нее и чувствую: в нашем пропащем мире все не так уж и плохо. Вот она садится прямо, улыбается, и у меня слегка перехватывает дыхание.

Я обрушивал горы на горгантавнов, бился насмерть с лантианами, но девушку не целовал ни разу.

Приближаемся к «Неустрашимому». Как ни жаль, но эта ночь подходит к концу, а мне охота просто оставаться рядом с Брайс, забыв обо всем дурном, чтобы она и дальше сидела положив голову мне на плечо, чтобы не проходил этот сладостный трепет в груди. Однако я не смею больше задерживать ее.

С нами связываются с «Неустрашимого», и я, назвавшись, немного жалею, что нас не прогнали. Ворота ангара раскрываются, и вскоре мы уже спрыгиваем на палубу «Гладиана».