Книга Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер, страница 182 – Ли Льеж

— Спасибо вам за беспокойство, мистер Саммерфорд, — сказала она, прикрыв веки, — мы с Анной всё поняли. Всё осознали. И мы примем решение.

— На это нет времени! — возразил Генри.

— Это мы тоже поняли. Спасибо вам за беспокойство.

Анна кивнула.

Генри перевёл озадаченный взгляд на Эмилию, но она уставилась на свои ботинки.

— Ну что ж, — после паузы проговорил он, — значит, нам следует откланяться.

— Не «нам», а только вам, — возразила вдова Гарибальди, — девушку я с вами под дождь не выпущу. Хватит ей разгуливать по ночам, ещё заболеет. Эмилия, вы переночуете у нас.

Вердикт был окончательный и обжалованию не подлежал. Значит, обратной дороги в объятиях мистера Саммерфорда не будет.

— Марта будет беспокоиться! — слабо возразила Эмилия.

— Я её предупрежу, — Генри снова поклонился, — спокойной ночи, миссис Гарибальди, мисс Незер, мисс Лестер.

И Эмилии ничего не оставалось, кроме как позволить ему уйти.

Дождь бушевал до самого утра, но с рассветом утих, а затем взошло яркое и не по-осеннему тёплое солнце, разогнавшее хмарь и подсушившее лужи. Эмилия проснулась поздно — её никто не будил. Открыв глаза, она долго не могла сообразить, где находится. Первый раз в жизни она проснулась не в своём доме.

Гостевая комната, в которую её временно поселили, отличалась роскошью обстановки и ветхостью её состояния. Шёлковые обои выцвели, на каминной полке лежал тонкий слой пыли… Однако перина была мягкая и толстая, одеяло изумительно тёплое, а солнечные зайчики, игриво забирающиеся в комнату через просветы в шторах, ласково щекотали Эмилию по лицу. Она улыбнулась, с удивлением чувствуя себя отдохнувшей и уже не взвинченной, как накануне.

Безумная ночь прошла, почти не оставив следа. Произошедшее помнилось смутно, будто сквозь дымку. Неужели она действительно скакала на лошади сквозь дождь и ветер, а Генри Саммерфорд прижимался к ней со спины? Эмилия хихикнула, как девчонка. Это был не сон.

Наша героиня, одетая в старую батистовую сорочку вдовы Гарибальди, встала с постели и раздвинула шторы. Праздничное солнце ворвалось в спальню вместе со щебетом птиц и восхитительным запахом булочной, смешанным с ароматом поздних роз. Ночные страхи потускнели в этом беззаботном сиянии. Эмилия помнила, что мистер Гризли вернулся — или сегодня вернётся — в Вайтберри, помнила, что Анне угрожает опасность, она помнила даже, что мистер Саммерфорд оказался управляющим Фондом борьбы за женские права. Казалось бы, такие новости должны были надолго выбить её из колеи, и вчера это так и ощущалось. Но сегодня… то ли крепкий сон в новом месте оказал на Эмилию своё целительное воздействие, то ли её несчастный мозг устал от жутких потрясений, но мисс Лестер временно утратила способность паниковать. Ей больше не хотелось рыдать лицом в подушку или молча лежать ничком, созерцая свою внутреннюю пустоту. Ей просто хотелось завтракать.

Одевшись в своё неказистое платье и грубые башмаки, Эмилия спустилась вниз. Завтрак для неё был оставлен на столе вместе с запиской, в которой вдова Гарибальди любезно просила свою гостью не скромничать и кушать от души, но извинить их с Анной отсутствие. «Неужели всё-таки уехали?» — с толикой любопытства предположила Эмилия. Генри говорил, что это лучший выход для Анны. Генри, конечно, был прав.