Книга Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер, страница 144 – Ли Льеж

— Хочу сказать, что… вообще-то, я пришла не изливать перед вами душу. Я не знаю, друг вы мне или враг, но вы знали леди Саммерфорд. Она вам доверяла. А если это так, то и я должна доверять вам. В конце концов, как вы решите, так и будет.

— Это вы про наследство? — почему-то спросил Генри.

— М… ну да, — почему-то смутилась Эмилия. — Вы же душеприказчик леди Саммерфорд.

— Я не душеприказчик, я просто… — Генри махнул рукой и потёр глаза, — неважно. Я понял, о чём вы. И… Эмилия. Спасибо, что рассказали. Я не верил, что вы решитесь.

Эмилия почувствовала себя слегка оскорблённой.

— Почему?

— Потому что я вас недооценил. Вначале вы показались мне такой зажатой и чопорной особой. Да ещё и с какими-то дамскими припадками, с истерией. Я видел, что вы меняетесь, но не верил… — он не договорил.

— Но я же ничего особенного не рассказала, — помолчав, заметила Эмилия. Она мысленно воскрешала в памяти последние полчаса, пытаясь понять, что из её куцего рассказа о детстве так его впечатлило.

— Я думал, что вы вообще не захотите со мной разговаривать дольше необходимого. Я ведь был с вами не слишком любезен.

— И вы предложили мне отказаться от наследства.

— Предложил, — кивнул Генри. — Поймите меня правильно, Эмилия. Вы мне нравитесь. Вы неглупая, вы смелая, вы честная, вы пытаетесь поступать правильно. Вы не сребролюбивая. Вы добрая. Но вы не леди Саммерфорд. Вы понимаете?

— Понимаю, — тихо сказала Эмилия, у которой одновременно закружилась голова от такого количества комплиментов и образовался странный сквозняк в душе, — я не леди Саммерфорд. А для того, чтобы управлять делом леди Саммерфорд, нужна леди Саммерфорд.

— Или кто-то очень на неё похожий, — с особенной интонацией добавил Генри.

Эмилия подняла голову.

— Но ведь тётя Миллисента завешала всё своё состояние мне? И только если я не справлюсь с её заданием, всё получит Фонд борьбы за женские права?

— Так и есть.

Выражение лица мистера Саммерфорда сделалось непроницаемым. О чём бы он ни задумался, говорить на эту тему с Эмилией сейчас он явно не желал.

— Но вы не думаете, что я справлюсь с заданием? — ещё раз попытала счастья Эмилия. Она чувствовала себя странно лёгкой и пустой: если сейчас Генри скажет, что она не справится, то она немедленно бросит всю эту затею и примет его предложение о капитуляции. Если скажет, что справится, то Эмилия будет думать день и ночь, но придумает новые добрые дела для своего Клуба.

— Хотите подсказку? — вдруг сказал Генри.

— Подсказку?..

— Ну да, подсказку. Вам же нужно новое доброе дело? Могу подсказать.

— О, — смутилась Эмилия, не ожидавшая такого жеста.

— Только для этого мне нужно зайти домой. Мы с вами и так сделали почти полный круг по улице. Если не хотите ко мне заходить, подождите, пожалуйста, у калитки. Я вынесу вам одну вещь.

Не зная, как на это реагировать, Эмилия просто кивнула. Через две минуты они с мистером Саммерфордом подошли к калитке перед его коттеджем.

Мисс Лестер благоразумно осталась стоять снаружи, делая вид, что разглядывает маленькие бумажные фонарики, украшавшие кроны чудоземных сосен, а её спутник действительно вернулся меньше чем через минуту.

«Вещью» оказался плотный лист бумаги, сложенный вчетверо лицевой стороной внутрь. Даже в сложенном виде размер листа был внушительный.