Книга Принц в Бомбее, страница 94 – Суджата Масси

Первин стало легче от того, что в такой непростой момент у нее появилась союзница. Она посмотрела на отца и сказала:

— Мы можем отвезти вас прямо в Дунгервади. Ведь наша машина все еще здесь, да?

— Разумеется. Сюда, пожалуйста, – ответил Джамшеджи, кивая Каттингмастерам. – Вам многое пришлось сегодня пережить.

Первин продолжала настаивать:

— Так будет гораздо удобнее. Вам нужно что-то захватить из дома?

Миссис Каттингмастер покачала головой:

— Свекровь уже поехала в агьяри. У нее с собой три чемодана с нашей одеждой – и одеждой Френи.

Фирдош Каттингмастер хранил молчание, однако поднялся с места и пошел вслед за ними к машине.

Они ехали через город – на улицах было спокойно, но не так многолюдно, как обычно в субботу днем. Маловато торговцев, маловато женщин с продуктовыми сумками, совсем мало детей.

Жители все еще не поверили в то, что наступил мир.

Машина поднималась все выше, Первин видела у дороги все больше полицейских и военных. Она даже разволновалась, но потом вспомнила, что принц все еще находится в Доме правительства.

Причудливо сложились обстоятельства: Френи уйдет из этого мира на вершине башни, совсем неподалеку от которой находится человек, которого она так тщательно избегала. В последние дни существования ее тела между ними образуется такая вот связь.

Когда впереди показались высокие деревья, росшие на участке вокруг агьяри, Митан пробормотала:

— Еще и часу дня нет. Достаточно времени для приготовлений.

Первин очень была ей благодарна за то, что она видит в ситуации хоть что-то позитивное.

— Да, это замечательно. Я умоюсь и переоденусь, а потом я хотела бы прийти на службу…

— Нет! – Глаза мистера Каттингмастера полыхнули. – Я не желаю видеть там ни вас, ни вашего отца. С юридическими процедурами покончено. Больше вы нам ни к чему.

Миссис Каттингмастер поморщилась. А потом произнесла мягко:

— Но они же нам помогли.

Джамшеджи повернулся лицом к своему клиенту и увещевающе произнес:

— Давайте не будем сегодня говорить о делах. После получения документов в морге мы, по сути, больше не исполняем свои обязанности. Но хотели бы отдать дань уважения.

— Нет, – повторил Фирдош Каттингмастер с прежней резкостью. – Мы хотим, чтобы присутствовали только те, кто знал Френи.

У Первин от неожиданности потемнело в глазах.

— Но я знала Френи. Она приходила ко мне…

Джамшеджи бросил на дочь упреждающий взгляд:

— Мы понимаем, что вы не хотите присутствия посторонних. Да принесет вам траур успокоение.

Судя по всему, адвокатская контора Мистри больше не представляла интересов Каттингмастеров.

Но это не значило, что тревогам Первин пришел конец.

Когда Каттингмастеры вышли, Арман захлопнул пассажирскую дверь, а Первин устроилась поудобнее. Раньше ей было тесно, теперь – одиноко.

— Они на нас рассержены, – заметила Первин, когда они покатили вниз с Малабарского холма. – Он счел, что я испортила Френи репутацию и предъявляю ему необоснованные обвинения.

— Не переживай. Он просто очень горюет. И не желает скорбеть в присутствии законников, на что имеет полное право.

— Верно, – согласилась Первин. Тем не менее она хотела бы поучаствовать в траурных церемониях. Да, их знакомство с Френи оказалось совсем кратким, но ей было бы утешительно послушать молитвы, побыть с Френи в одном помещении в ее последние часы.