Книга Принц в Бомбее, страница 150 – Суджата Масси

— Я видела вас за главным столом, – призналась Первин. – Вас даже пересадили на соседнее место с принцем Эдуардом, чтобы вы с ним могли поговорить как старые друзья. Он ведь вам нравится, правда?

Колин поудобнее поставил правую ногу:

— Я во многом не согласен с Эдди, но да – я бы сказал, что с ним легко ладить. Вы ведь, наверное, ведать не ведаете, почему вас выгнали.

— Из-за подозрений мистера Мортимера.

Колин понизил голос:

— На самом деле потому что Эдди захотел с вами познакомиться. Я кое-что ему про вас рассказал, он заинтересовался. Это поставило мистера Мортимера в сложную ситуацию. Он не хотел этого допускать.

Первин, вообразив себе картину, зажала рот ладонью:

— Папа был бы страшно доволен, но я согласна – все могло бы закончиться не очень красиво.

— По крайней мере, такие вот Мортимеры и их приспешники не будут править в Индии вечно. Я всей душой надеюсь, что не позже 1930 года ваша страна станет свободной. – Колин театрально взмахнул рукой и добавил: – Новый мир с новыми законами! И полагаю, ваше положение тоже изменится.

— Мое положение? Надеюсь, Оксфорд официально признает достижения всех своих бывших студенток, и я получу диплом, который пока так и не смогла повесить на стену. А еще я мечтаю о том, чтобы встретиться за ленчем в клубе «Рипон» с другими женщинами-юристками.

— Вы всегда говорите только про работу. – Колин продолжил совсем тихо: – А что, если в Индии введут новое единое законодательство, которое будет защищать личные свободы, например право на развод?

— Этого я даже вообразить себе не могу. – Первин передернула плечами и добавила: – И что будет для нас означать изменение индийского законодательства? Когда моя страна обретет независимость, в Индийской гражданской службе больше не останется англичан.

— А если я, допустим, уже не буду сотрудником гражданской службы? – Колин умолк, будто бы ожидая ответа. Не получив его, он продолжил: – Мой приезд в Бомбей сильно испортил вам жизнь?

— Мне нравится сознавать, что вы здесь, – ответила она, помолчав. – Но это не ваше естественное место обитания. Вы предпочитаете жить в глуши, где из-за каждого дерева не выглядывает по Мортимеру.

— В Сатапуре очень красиво, но несколько одиноко. – Он закинул руку на спинку скамьи – не прикасаясь к Первин, но как бы давая ей понять, каким могло бы быть это прикосновение. – Меня в последнее время одолевает множество внутренних вопросов. Что, если бы я работал в Бомбее, а не в Сатапуре? Что, если бы вы не были женой Сайруса Содаваллы?

Чувствуя, как колотится сердце, Первин попыталась сформулировать ответ:

— Если бы мы с ним не познакомились, я послушалась бы родителей и доучилась бы до конца в Государственной юридической школе. Стала бы клерком-юристом, а то бы и поверенным. Родители сами выбрали бы мне в мужья подающего надежды поверенного или барристера, парса с безупречной родословной. Тогда на наших бланках появилось бы еще одно имя, притом что я не сомневаюсь: само здание нашей конторы всегда будет носить название Мистри-хаус. – Первин не стала добавлять, что после рождения детей ей пришлось бы бросить работу. Это было понятно само собой.

— Весьма прагматично. – Колин постучал пальцем по спинке скамьи, выбив тревожный отрывистый ритм. – Боюсь, что такой же брак по расчету ждет и принца Эдуарда, вопреки его собственным желаниям.