Книга Принц в Бомбее, страница 105 – Суджата Масси

— Очень занятные сплетни, но при чем тут адвокатская контора Мистри? – На самом деле главным для Первин было выяснить, есть ли веский предлог для визита Колина.

Он посмотрел ей в лицо и ответил:

— Среди этой самой националистической дребедени обнаружили сумку с учебниками, а в ней вашу визитную карточку.

Первин резко распрямила спину:

— Как именно выглядела сумка?

— Железнодорожный полицейский описал ее мистеру Мортимеру: из плотного бурого холста, и, судя по имени на форзацах учебников, принадлежала она Френи Каттингмастер. Мистер Мортимер прямо весь заискрил после этого сообщения. Приказал доставить сумку в бомбейское управление полиции, чтобы он мог лично ее осмотреть по возвращении.

— Френи пришла с этой сумкой в колледж в день смерти. Никаких угроз для нашей фирмы я пока не вижу, зато вы сообщили мне полезные сведения для предстоящего уголовного расследования. Будем надеяться, что место, где нашли сумку, как следует осмотрят и сфотографируют прежде, чем Мортимер все там перевернет вверх дном.

— Сумка, скорее всего, у городской полиции, не у свитских принца.

Первин обернулась, услышав суровый голос отца. Он только что вошел – одетый просто, по-домашнему: в накрахмаленную рубаху-судру^[44] и мягкие белые пижамные штаны. Первин сообразила, что Джамшеджи хочет донести до их гостя: он обычный гражданин, проводящий досуг в собственном доме. Занятный ход: Первин даже подумала, что отец вложил в это свое высказывание политический подтекст.

Из-за спины Джамшеджи выглядывала Гюльназ в розовом шифоновом сари с китайской вышивкой – драконы и орхидеи. Это элегантное сари напомнило Первин о том, что ее невестка собиралась в середине дня ехать с Растомом в клуб «Ориент». Но вот она тут как тут, уже разодетая в пух и прах, и вовсю улыбается Колину.

— Здравствуйте, мистер Сандрингем! Вы, наверное, уже и не помните, что мы с вами встречались в Пуне?

Колин встал, поклонился:

— Конечно, помню, миссис Мистри. Вы ближайшая подруга детства Первин и одновременно ее невестка. А еще вы многое сделали для махарани^[45].

— Я вам очень признательна за то, что вы меня ей представили. Надеюсь, ее правление складывается удачно?

— Вполне. Строит сразу три школы. – Колин повернулся к Джамшеджи, протянул ему руку: – Сэр, благодарю, что согласились меня принять. Я пришел так рано, потому что завязан на график принца Уэльского. Хотел срочно поделиться с вами важными сведениями.

Джамшеджи перестал хмуриться, пожал Колину руку. Видимо, обмен репликами между Колином и Гюльназ убедил его в том, что Первин не лукавила, называя их отношения чисто профессиональными. Тем не менее Первин задело недоверие отца.

— Ах ты ж господи. – Гюльназ сложила ладошки. – Вы в свите принца Уэльского!

Джамшеджи выпустил руку Колина, но при этом не сводил с него глаз:

— Несколько дней назад вы беседовали в отеле с моей дочерью. Вы пришли сообщить что-то касающееся дела Каттингмастеров?

— Дела? – шаловливым тоном переспросила Гюльназ.

— Гюльназ, – вмешалась Первин, – ты меня прости, но наш разговор, похоже, будет носить профессиональный характер.

Гюльназ театрально вздохнула и произнесла:

— Ну ладно, я просто шла мимо, обсудить с Джоном меню на сегодня. Мы с вами увидимся сегодня на ленче в клубе «Ориент», мистер Сандрингем?