Книга Союз стали и шёлка, страница 171 – В.Л. Смит

Дом был небольшим, но красивым. Старым, построенным явно не в этом веке, — деревянные балки потемнели от времени, но были крепкими, а циновки на полу пахли свежей соломой. Я прошла через две комнаты и вышла через раздвижные двери на террасу.

И замерла. Дом стоял высоко в горах, на склоне, поросшем соснами и диким жасмином. Внизу, насколько хватало глаз, простиралась долина, подёрнутая утренним туманом. А прямо передо мной, огибая гору, вилась дорога — старая, мощёная камнем, с красными столбами по обочинам, какие ставят только на императорских трактах. Я стояла и смотрела, и на мгновение все тревоги отступили. Где бы я ни была, это место было прекрасным.

— Ты проснулась.

Голос раздался за спиной — низкий, спокойный, совершенно незнакомый. Я резко обернулась и увидела его. Он стоял в дверях террасы, опираясь плечом о косяк. Высокий, с тёмными волосами до плеч, собранными в небрежный узел. Одежда простая, серая, ничем не примечательная. Я узнала его — тот самый пленный, которого Бай-ху ударил в чайном доме, тот, кто исчез в клубах чёрного дыма.

Я отшатнулась, чувствуя, как сердце ухает в пятки. Но не побежала. Во-первых, бежать было некуда — позади обрыв. Во-вторых, он не выглядел угрожающе. Просто стоял и смотрел на меня — спокойно, без агрессии, без того пугающего свечения в глазах, которое я видела у демонов. Просто человек. Ну, или не совсем человек.

— Ты боишься меня, — сказал он. Это был не вопрос.

— Немного, — честно ответила я, не отводя взгляда.

— Это разумно. Но сейчас я не желаю тебе зла. Я здесь, потому что мой брат попросил присмотреть за тобой.

— Твой брат?

— Шэнь И. — он чуть склонил голову в лёгком поклоне. — Меня зовут Линь Сю. Идём в дом. Когда Шэнь И вернётся, он будет недоволен, если узнает, что я не накормил его гостью.

Я оттолкнулась от перил и медленно пошла к дому. Он посторонился, пропуская меня внутрь.

Мы сидели за низким столом в маленькой, но уютной кухне. Линь Сю поставил передо мной миску с рисовой кашей, приправленной горными травами, и чашку с горячим чаем. Сам он сел напротив, но есть не стал — только пил чай.

— Расскажи мне, — произнёс он, и его голос звучал мягко, без требовательности, — как ты познакомилась с моим братом?

Я поднесла чашку к губам, выигрывая время. С чего начать? С того, что я была на грани отчаяния? С того, что он ввалился в мою жизнь, и за полчаса успел рассказать о себе больше, чем иные за год?

— Это было на постоялом дворе, — сказала я наконец. — Он просто подошёл к моему столу, поставил свою миску и сказал: «Вы ведь тоже на север? У вас лицо человека, который очень очень спешит».

Линь Сю чуть приподнял бровь. Мне показалось, или в его глазах мелькнуло что-то похожее на улыбку?

— И ты ему поверила?

— Ну да, — я покачала головой. — Он говорил так много, что я сначала подумала: это какой-то сумасшедший. Но потом... потом я поняла, что он просто... настоящий. Такой, какой есть. С чувством юмора.

— Чувство юмора, — повторил Линь Сю, пробуя это слово на вкус. — Что ж, хорошо, что ты это так называешь.

— Он рассказывал о себе так, будто мы знакомы сто лет. О том, что боится змей и что пробовал играть на флейте.

— Не напоминай про флейту, — Линь Сю зажмурился, словно от болезненного воспоминания. — Это было катастрофой. Я думал, у меня уши отвалятся.