Книга Болотное предание, страница 79 – Ольга Лопатина

Но тут она снова бросила взгляд на своего ладу, и её сердце сжалось от гордости и нежности. Он всегда спасал её. Сначала он спас весь от ужасного дара Величаны, потом вырвал Чистозвану из рук похотливого Гостобрана, а сегодня не отдал её веснякам, а до этого вылечил от безумия. Такой, как её Велислав и с самим Кощеем сразится ради своей любой.

Тут Премила подала голос.

— Она это, всё она.

«Неужели, и Премила против меня?» — с грустью подумала Чистозвана, но в данном случае она сделала неправильные выводы.

— Эта кикимора старая под шумок дала подзатыльник Святко. Наверное, по уху и попала. Тут Премила подняла вверх Святомила, гордого тем, что на него смотрят столько людей. Похоже, что малец не сильно страдал от медвежьего уха.

Пока люди судили да рядили, кто прав, а кто виноват, Величана спросила:

— А откуда сиё дерево? За ночь выросло? Ох, и мастерица моя внучка деревья из ничего растить.

Тут Чистозвана отворила калитку и вышла навстречу людям. На ней была волчья безрукавка и валенки, а на плечи девушка впопыхах накинула лисий полушубок. Она машинально переплетала густую тёмно-золотистую косу.

— Это Олень. Его обратила Лебединая дева.

— Очень нужен этот старый однорукий дурачок Лебединой деве, — хмыкнула Величана, испепеляя внучку взглядом.

— Разуйте свои гляделки, бабуля, — она не унесла его с собой, а обратила. Почему, мне неведомо. Почему Смерть вас не забирает? Почему Род не покарал Осинку, а наказывает невинных детей?

— Потому что ты прокляла ребёнка, вот он и превратился в медвежонка.

— Ну до этого ещё далеко, — примирительно заметил Вадим. Внезапно ему стало жалко Чистозвану. Она и так наказана потерей Оленя. Вадим в который раз проклял свою глупость, мягкотелость и то, что позволил себя втравить в эту сомнительную охоту. Хорошо ещё, что до Божьего суда дело не дошло.

— А мне есть, что сказать, — заявил мстительный Воята, старший сын Синеславы, — я слышал, как Величана грозила Вадиму, что если он не женится на Осинке, то его болотница в мужья возьмёт.

— Правильно, — подхватила мать мальчика, обрадованная возможностью отомстить Величане, которая в итоге отказалась помогать ей, а потом чуть не избила вдову. Синеслава всегда винила других людей в своих бедах. — Любое слово может услышать нежить. Вот и болотница пришла за своим женихом. Какая лебединая дева? Это от страху девке помарилось.

Люди снова принялись судить да рядить, но не пришли к единому решению.

Тут кудесник Велислав снова заговорил, и тишина воцарилась среди весняков. Все ловили каждое его слово, боясь пропустить хотя бы малейшую деталь. Но людское внимание больше не радовало Велислава. Сейчас он хотел схватить Чистозвану и умчаться с ней в дали дальние на ковре-самолёте.

— В таком случае нужно принести человеческую жертву болоту, как во времена стародавние.

Весняки ужаснулись. Они не этого хотели.

— А к-кто будет ж-жертвой? — запинаясь, проговорил староста Вятко.

— Сиё ведомо только Богам. Мой ворон выберет жертву. Но вы не радуйтесь. Дар будет выбирать из всех. Жертвой может стать, кто угодно. Я всё сказал.

Все весняки с трепетом ждали решения своей участи. Больше всех ругалась и возмущалась Весенка.

— Сами постелили себе постель, а теперь жалуетесь! Вы же знаете Чистозванку с детства. Всем известно, на что способна Величана, чтобы её вся нежить побрала.