Книга Болотное предание, страница 46 – Ольга Лопатина

Чистозвана же себя корила из-за того, что так и не сумела полюбить Ярополка. Вначале она была сердита на мальца, из-за которого её разлучили с родными, затем перенесла на него свои чувства к Гостобрану. Ну а потом она разорвала всякие отношения со своей роднёй. Может права Весенка, и Бог Род огневался на их семью, да забрал самого младшего члена.

Велислав же был совершенно другого мнения. Как-то лакомясь стряпнёй Чистозваны, он мрачно сказал.

— И ворожить не надо, что княжеский отпрыск был принесён в жертву.

— Но каким образом? — спросила дрожащая хозяйка избы. В последнее время мысли о мести оставили Чистозвану. Она совсем не желала зла маленькому ребёнку. Её пьянила мысль о том, что кудесник такой сдержанный днём, ночью превращается в её страстного возлюбленного. Девушка подозревала, что про свою любовь неразделённую к княгине Гордеславе ведун солгал из гордости. Вспоминала она сказку про Волха и Лелю, которую любил рассказывать Олень. Покорила своей красотой Леля огненного Волха, который обращался в сокола, да позавидовали их счастью сёстры Лели, богини Жива и Марена, и утыкали окошко иголками, изранившими крылья сокола. Пришлось Леле пускаться в дальние странствия, чтобы вернуть любого. Так же как Волх ради Лели забывал всё, так и Велислав многим рисковал, предаваясь с лесной красавицей страсти жаркой. Если прознают про это Величана вредная да Осинка злобная, то сюжет сказки может повториться. Велислав же рассказывал своей полюбовнице, что там, где падали капли крови из израненных ног Лели, вырастали алые розы. А поскольку она шла в тридевятое царство, то только там растут эти дивные цветы. При этих словах Чистозвана вспомнила слова песни, которую Яронег исполнил на свадебном пиру. Пророческими эти слова оказались для родички княгини. Разошлись их пути-дорожки с Вадимом. Умылась она слезами, а жизнь её была бы горькой как калина, если бы не защита и поддержка её полюбовника тайного. Может быть только после смерти им с Вадимом суждено быть вместе. Из мести она отдалась своему другу давнему, но от этого чувства почти ничего не осталось. С трепетом она ждала прихода Велислава, чтобы прильнуть к его груди широкой, почувствовать силу объятий и поцелуи ласковые. Теперь же любовник делился с ней самым наболевшим. Так уж повелось меж ними.

— Если большуха отдаст добровольно ребёнка в жертву Бабе-Яге, то получает силу несказанную или другие дары. Это враньё, что Баба-Яга поедает да крадёт детей. Нужны ей ученики и ученицы, которым она передаёт свою мудрость, столетиями накопленную. Меня тоже отец определил в учение к волхвам. Не спрашивал моего согласия, но мне лучше было с кудесниками разумными, чем дома, — тут Велислав грустно вздохнул и потянулся к своей любой. На какое-то время они растворились в страсти удовой и забыли обо всём. После же мужчина заметил, что скоро они узнают обо всём. Величана не будет долго медлить с мщением.

— Она мне говорила, что с самой Бабой-Ягой зналась, да и руки у Величаны по локоть в крови. Она своего братца родимого в болоте утопила. Как только Род не покарал эту злодейку подлую?

— Что же, придётся мне самому озаботиться этим вопросом, — произнёс Велислав, поглаживая округлое бедро Чистозваны, — однажды я уже покарал такого нечестивца. Надо было ещё тогда казнить Величану. Но у князя Яронега слишком мягкое сердце. Подумал, что она не так виновата, как её сын. Да и от казней он устал, не захотел пачкать свои руки в крови старой женщины. Но врагов надо убивать, чтобы не плодились, как отродья змея Триглава.