Книга Болотное предание, страница 44 – Ольга Лопатина

Чистозвана же была похожа на каменного идола. Она была обучена счёту, но теперь почти ничего не соображала. Выходит, что Осинка и бабка помстились за то, что из-за неё убили, вернее принесли в жертву, Гостобрана. Они отняли у неё доброго, бесхарактерного и чистого душой Вадима. Тут Чистозвана вспомнила Милаву, схватила нож и отрезала Осинке косу практически под корень. А потом выбежала, прокляв Осинку, Вадима и то дитя, которое они заделали под её носом. Она потеряла отца, но её тогда защищал и утешал Велислав. Он упреждал её, а Чистозвана решила поставить на своём. В эту ночь она хмельная от горя попыталась прийти к нему, но волхв не поддался искушению и только прижал её к своей широкой груди, как ребятёнка малого и шептал слова утешения, называя её разными ласковыми именами. Тогда Чистозвана заснула в его ласковых и надёжных руках, как дремала в детстве на коленях отца.

На следующий день было стыдно смотреть даже в глаза кудеснику. Но через седмицу праздновали Купалу. Вадим всё же назвал своей женой Осинку, но на Купалу любился с одной вдовицей из соседней веси. Чистозвана же решила отплатить неверному возлюбленному тем же и начала задорно улыбаться пришлым торговцам. Но едва один подвыпивший купец стиснул её в своих объятиях и запустил руку за пазуху, безжалостно стискивая тугую девичью грудь, как Чистозвана вцепилась ногтями в лицо охальнику, вырвалась и убежала. Убежала навстречу своей судьбе. Встретила она Велислава, и стало ей горько, что он любился с женщинами, забыв то, что служитель Богов обязан блюсти чистоту. Велислав же сгрёб её в охапку и проводил ладонями трепещущими по её шёлковой коже, не веря своему счастью негаданному. Чистозвана же позволила унести себя под свод мрачных дубов, и лишь прерывисто вздыхала.

— Помнишь, как мы тогда в свящённой роще?.. — осмелилась она спросить, не понимая, почему её любовник медлит.

— Я помню всё, — ответил он, а его сердце гулко билось в груди.

Чистозвана же не думала, что можно так страстно желать мужчину из-за простых прикосновений и мимолётных поцелуев. Она знала только похотливые взгляды Гостобрана и грубый напор Вадима. Но в эту волшебную минуту ей не хотелось думать о былом. Она сама раскрылась и потянулась к своему возлюбленному в страстном нетерпении и только слегка вскрикнула, когда Велислав опустился на неё и осторожно овладел её телом. А после она уже не владела собой, и выкрикивала непонятные слова, называла Велислава своим любым, выгибала спину, как довольная кошка. Только в эту ночь Купалы Чистозвана узнала, что такое восторг страсти удовой.

А потом она смотрела на его чёрные кудри, напряжённую спину и внезапно заметила светло-розовые тонкие шрамы на теле у своего полюбовника случайного.

— Кто над тобой так издевался?

— А что ты не прибавляешь, любый мой, — или любовь твоя от страсти купальской?

— Мне самой страшно от того, что мы натворили, — призналась Чистозвана.

— А что мы натворили-то? В купальскую ночь всё можно, — отшутился Велислав.

— Я буду ждать эту ночь целый солнцеворот, — грустно вздохнула Чистозвана.

— Зачем ждать целый солнцеворот, когда мы можем быть счастливыми каждый день и каждую ночь? — прошептал любовник.

— Но я не люблю тебя, — решила быть честной Чистозвана. — Нет, не так, я безмерно уважаю тебя и люблю как друга, а ещё я страстно хочу тебя, как мужа, но я люблю Вадима.