Книга Болотное предание, страница 45 – Ольга Лопатина

— После всего этого? — нахмурился Велислав. — Впрочем, это неважно. Я тоже не люблю тебя. Я люблю другую, но мне нравится твой ум, твоя любознательность, твой характер и твоя страсть.

Почему-то Чистозвана почувствовала себя уязвлённой.

— А кто эта женщина, которую вы любите? — спросила молодая женщина, уже завидуя избраннице кудесника, который знал все тайны женского тела. Вот и верь после этого, что волхвы не спят с бабами.

— Княгиня Гордеслава, — со смехом ответил Велислав, решивший, что врать так с размахом.

— Но ты же говорил, что она надменная, глупая и капризная, — с неудовольствием отозвалась Чистозвана.

— Это верно, — произнёс волхв, закрывая своей волчьей накидкой плечи давно желанной женщины от ливня. Сам он уже надел свой балахон, но у Велислава вошло в привычку защищать Чистозвану, — но сердцу не прикажешь.

— Бедняга, — произнесла с искренним сочувствием Чистозвана, — ты полюбил, а тебя изгнала твоя возлюбленная. Но я буду иной. Ты открыл мне целый мир, и я за это отблагодарю тебя.

— Мне не нужна благодарность, — заметил Велислав.

Но Чистозвана не слышала эти слова, поглощённая идеей мести неверному жениху.

Вот так и началась новая часть в жизни Чистозваны.

Только Чистозвана успела вздохнуть спокойно, как в Золотые камни пришла новая напасть. Пропал маленький Ярополк. Больше всех по мальцу убивался Вадим. Если бы сварливую Осинку утянул под воду Гостобран, то Вадим только бы вздохнул с облегчением. Хотя и тогда он не смог бы сделать суложью свою ладу Чистозвану. На родичках не женятся, уж если за такое князя принесли в жертву, то и Вадима могут казнить. Как птица легкомысленная, попал гончар в силок вздорной и капризной вдовицы Гостобрановой.

А тут бабы красили холсты да весело переговаривались за работой. Весенка, как всегда, была заводилой среди баб. Вспоминала, как ещё в юности любила она холсты зорить. Обычно холсты отбеливали в гречишной золе, а потом растирали водой, росой или снегом. Лебеда окрашивала ткани в красный цвет, жёлтый оттенок получали с помощью берёзовых листьев, купальницы и бессмертника, крапива давала зелёный цвет, а василёк — синий. Переговаривались бабы, вспоминали о свойствах различных растений да случаи весёлые из своей жизни рассказывали. За разговором любая работа короче кажется. Вдруг видят: летят в небесной вышине лебеди белые, а с ними гусак серый. Вот на спине этого гусака и примостился Ярополк. Радостно смеялся малец, воспринял он поездку верхом на гусе, как забавное приключение. Мало отрады было в жизни бывшего княжича. Только один Вадим да его мать Премила баловали ребятёнка. Своей властной прабабки да крикливой матери мальчуган побаивался пуще нечисти лесной. Раньше в княжеском тереме житьё-бытьё у Ярополка было привольное. Няньки да мамки с ног сбивались, чтобы выполнить его малейшее пожелание. Народ его приветствовал, княжичем Ярополка величали. А теперь его звали Ярополк, вдовий сын. В веси ребёнку было жить скучно. Раньше отец сажал мальца с собой в седло, показывал свои владения обширные, брал на ловы. Ярополк ещё в тереме любил прятаться, чтобы глядеть, как няньки с ног сбиваются, чтобы сыскать потерянного княжича. Но с тех пор, как умер Гостобран, мать и прабабушка потеряли малейший интерес к ребятёнку. Весенка пыталась усовестить Осинку, говоря, что она гневит Бога Рода пренебрежением к сыночку, да нарвалась на одни оскорбления и поношения. Когда же птицы унесли Ярополка, то мать даже слезинки не проронила, зато по косе, срезанной Чистозваной, так кручинилась, так убивалась, что вся весь диву далась. Конечно, для женщины позор несказанный, косы лишиться, но Осинка сама навлекла на себя это бесчестие. Позарилась на чужого жениха, увела его у Чистозваны, вот и расплату за своё чёрное сердце получила. Когда она стала вдовой Гостобрановой, то по покону отрезала косу. И вот теперь снова ходит остриженная, как будто снова овдовела. Весенка предрекала скорую смерть Вадимову. Получилось же по-иному. Величана была мрачной, ходила, поджав губы, а в её глазах была странная смесь сожаления и торжества.