Книга Болотное предание, страница 41 – Ольга Лопатина

Велислав с каким-то странным удовольствием смотрел на Осинку и Вадима, катающихся на санях с ледяной горки. Глуп этот парень, как перелётная птица. Неужели не замечает, насколько подлая, злобная и завистливая вдова Гостобрана. Он, как глупец решил променять цветок папоротника на заурядную медуницу. Хотя нет, на медуницу похожи глаза маленькой рыбацкой дочери, недавно потерявшей отца. Велислав подавил порыв схватить Чистозвану за руку и перепрыгнуть с ней через масленичный костёр. Такое поведение свойственно неразумному отроку, а не волхву, привыкшему взвешивать свои слова и поступки. И всё же порой ему хочется скинуть свой балахон и зажить нормальной жизнью. Несколько лет назад он думал, что власть не приедается, но и мудрецам свойственно совершать ошибки.

После Масленичных гуляний Вадим почти целый месяц не захаживал в дом своей невесты, но Чистозвана, погружённая в своё безмерное горе, не замечала отсутствия своего жениха любого. Велислав же поставил парню условие назначить дату свадьбы, а пока относиться к своей невесте с должным почтением, а не таскать её по кустам.

Вадим изумился осведомлённости волхва. Большие тёмные глаза так и сверкают из-под бобровой шапки. Ничего плохого Вадим кудеснику не сделал, относился с должным почтением, да и требы богатые Перуну могучему приносил.

— Отец мой не хочет больше родниться с дочерью погибшего рыбаря, — нехотя признался Вадим, опустив голову. — Говорит, что теперь мне можно подыскать гораздо лучшую невесту. Но если моя лада затяжелеет от меня, то мы как-нибудь уломаем его на свадьбу.

— Передай отцу, что тем, кто сироту обижает, медведь-шатун как-нибудь хребет в лесной чаще переломает. Сия отроковица находится под моим покровительством, и я не позволю её бесчестить. Для особо сообразительных повторяю, что обесславить сироту — это страшное дело. Не понял — пеняй на себя. Уговори отца, или ищи невесту в другой веси. В Локсти, к примеру.

Затрясся Вадим, как зайчишка серенький, за которым голодный волк гонится. Не нашёлся, что ответить кудеснику пришлому. А потом взяла его досада неимоверная. Шёл же он для того, чтобы снова свидеться со своей ладой единственной. Добился Вадим от Осинки всего, чего хотел и сразу охладел к пылкой и любострастной княжеской вдове, которая теперь не давала ему прохода, преданно заглядывала в глаза и ластилась, как собачонка приблудная. И это бывшая княгиня?

Но тут возмущённые помыслы Вадима прервала бабка Чистозваны и Осинки, преградившая доброму молодцу путь-дорогу.

— Гой еси, женишок. Ну что позабыл дорогу к моей внучке? Горя тебе мало? Обольстил вдовицу сладкими речами, добился её любви и вернулся к прежней ладе? Смотри, прокляну тебя, русалки до смерти защекочут, болотница в мужья возьмёт, а может сама Баба-Яга сварит в супе.

Вадим задрожал, но ответил нарочито небрежно.

— Вот пожалуюсь волхвам, и тебя саму снесут в лес, карга престарелая.

— Кому ты пожалуешься? — усмехнулась Величана. — Пришла пора тебе узнать правду о праведном кудеснике Велиславе. Он ради Чистозваны с нечистью речной сговорился, князя своего в жертву принёс.

— Вы о чём вообще говорите? — захлопал серыми, как голубиное крыло, очами Вадим.

— Пойдём в мою избу, и много интересного узнаешь, добрый молодец.