Книга Болотное предание, страница 194 – Ольга Лопатина

— Потому что низость чужда тебе. А ещё Милава не уверена в своём положении и чужие мольбы греют её тщеславие больше, чем костёр замерзающего бедняка. Все люди разные. Почему возникают свары? Каждый человек считает себя правым, а своего противника глупцом.

Чистозвана на какое-то время потеряла дар речи. Как странно слышать столь разумные речи от порывистой и не признающей доводов рассудка Гордеславы. Неужели, на речном дне она набралась ума и смогла понять своих супротивников? Но понять ещё не значит простить. Сама Чистозвана не могла простить Вадима, Яронега, Милаву и даже глупую Осинку с такой нескладной судьбой. Эти люди, какими бы не были их мотивы, были её непримиримыми врагами. Каждый человек сражается за свою правду. Как любит говорить глупая Снежица, поставь себя на его или её место. При этом сама Снежица не отличалась сопереживанием к чужим горестям, а только поучала внучку.

Милава была неимоверно удивлена, когда Осинка стала её молить выслушать не её, но гончара Вадима. О Вадиме Милава знала немного, но считала его обычным вертопрахом и вертихвостом. Парень был собой красивый, но говорил невнятно и мял в руках соболью шапку, которую в такую жару прихватил, очевидно, для солидности. Тоже мне, боярин нашёлся! Свою речь Вадим перемежал ничего не значащими междометиями и пустыми фразами. Но когда Милава поняла в чём дело, то ощутила некий охотничий азарт. Вот она возможность, которая выпадает только раз в жизни. Вот он шанс поквитаться с ведуном ненавистным. Глаза у Милавы заблестели, как у кошки, готовящейся к прыжку, чтобы растерзать беспечную серую мышь, не ведающую о своей беде. Правда, у кошек не бывает серых глаз, как у Милавы, но сути дела это не меняло. Очи Милавы были светло-серыми, как предутренний туман, а глаза Вадима тоже серыми, но более тёмного оттенка, словно голубиное крыло или холодные камни.

Милава осторожно начала обрабатывать Яронега. Вначале тот не хотел слушать свою ладу и даже прикрикнул на строптивую и злопамятную бабу, но потом призадумался. Обо всех подробностях Чистозвана не могла знать, но и того о чём она догадывалась хватало, чтобы возненавидеть тех, кто разлучил её с любым кудесником.

Милава решила сыграть на слабостях Яронега, которые ей были отлично известны. Она сменила тактику, вслух восхищаясь Велиславом, его мудростью, хитростью и тем, как кудесник любим простым народом. Велислав только хмурился, слушая эти восхваления. Он-то догадывался, что Милава ничего не делает просто так. В этот раз змее удалось свалить лиса. В душе храбрый воитель Яронег был не совсем уверен в себе, хотя всячески маскировал это качество внешней бравадой, показной удалью и лихостью. Подобные качества легко объяснялись детством Яронега, ненавистью к злодею-отцу, тем, что он был вынужден притворяться и угождать Гостобрану, чтобы не разделить участь Оленя. Конечно, подобные опасения были безосновательными. Единственный сын и наследник правителя — совсем не то, что гусляр, возвышенный княжеской милостью. Но у страха глаза велики. А после жертвоприношения Гостобрана Яронег стал опасаться толпы, воля которой оказывалась подчас важнее княжеской.

Конечно, вначале Яронег испытывал щемящую радость и благодарность к другу, избавившему его от ненавистного отца. Но когда чувство первого триумфа прошло, то в русую голову Яронега закрались нехорошие мысли: «А что, если златокаменцы поступят так же и со мной? Ведь то, что было однажды, сможет повториться вновь». Только дураки и берсерки в пылу боя не испытывают страха. Олень, очевидно, относился к первой категории.