Книга Болотное предание, страница 143 – Ольга Лопатина

Чистозвана радостно улыбнулась. Как приятно знать, что даже проницательная лесная ведунья похвалила её любого. Сейчас она не думала о том, что рассталась с Велиславом. Она ощущала гордость за него, такого разумного, серьёзного, надёжного. Радость схлынула, как волна, едва Чистозвана посмотрела в измученные глаза Свиньи.

— Вот что, хозяюшка, ответь мне на один вопрос.

— Хоть на сотню, если они, — тут чародейка полоснула Свинью насмешливым взором, — не будут глупыми.

— А если бы я выбрала Вадима, как бы ты поступила?

— Сказала бы, что ты глупа, как полено необделанное. Но ты бы не попросила за него.

Свинья снова разрыдалась. Напрасно Арысь успокаивала сестру. Та лишь твердила одну фразу, как могучее заклинание:

— Всё, всё это было напрасно. Всё было зря. К этому я шла несколько месяцев. Как же мне теперь жить без Вадима? Лучше бы мне попасть в зубы к Клыкастой.

— А хочешь, я тебя съем? — на полном серьёзе спросила Баба-Яга.

Арысь напугалась и принялась молить лесную ведунью о снисхождении. Но похоже, что старуха просто развлекалась таким оригинальным образом. Когда колдунье надоела эта забава, она пристально поглядела в заплаканные глаза Свиньи и медленно, как будто имела дело с помешанной, повела речь. Так некогда говорил Велислав с Премилой, не подозревая, что её второго сына постигнет та же участь, что и первого, причём, кудесник сыграет в этом далеко не последнюю роль.

— Ты считаешь, славница, что твой путь был напрасным? Твоя сестра сбросила оборотневы оковы и вернётся к мужу любому и дитю малому. Хотела бы я быть на её месте, — погрустнела Яга, но тут же овладела собой и продолжила ровным тоном, — Чистозвана вернула Оленя. Людмила же и Ясна будут весьма рады приветствию Величаны. Такой их исполох возьмёт, что живы, возможно, не останутся. Вы обе будете жить по-прежнему. Это, если не считать того, что вы съели мешок крупы, а накопили несколько мешков мудрости и опыта. Хотя к тебе, дщерь Гораздова, опыт пришёл, а мудрость, как птаха перелётная, улетела за моря полуденные. Вы многое повидали. Путешествовали в компании духа, видели дщерь Лиха Одноглазого, со мной почти за руку посестрились. Женихом Чистозваны стал сам Кощей. Вы успели подружиться за время пути, вашими должниками стали вороны-чародеи.

При упоминании о воронах Свинья вспомнила о живой и мёртвой воде и закрыла лицо руками. Чёрный кот и домашние птицы Яги укоризненно смотрели на плачущую гостью, соглашаясь с хозяйкой, что от добра добра не ищут. Ярополк же смотрел с сочувствием. Глаза у него были карие, как у Осинки и Величаны, но больше он ничем не напоминал родню Чистозваны. Взгляд же у мальчика был не по-детски умным и словно оценивающим. Такие глаза странно гляделись на детском лице. Казалось, что иконописец хотел написать лик Святого, но, изобразив глаза, передумал и отдал свою работу мастеру, расписывающему посуду, который нарисовал румяного, пригожего младенца, позабыв закрасить предыдущую работу. Таким же диссонансом смотрелись красивые бархатные глаза Величаны на невзрачном худеньком личике. Теперь эти глаза никогда не откроются. Нынче есть только глазницы черепа, светящиеся алым, как кровь светом. Нет больше Величаны, которая родилась в бедняцкой хижине, но сыграла свою роковую роль во вражде двух княжеств. Она не умела обуздывать свои страсти, приведшие её к гибели. Другие в её возрасте умирают в своей постели или в лесу, куда их относят немилосердные родственники. Но Величана, как тот круглый пирожок из кощуны, что умудрился уйти от всех врагов, кроме лиса. Она умудрилась обмануть Лихо Одноглазое и его дочерей, задружиться с самой Бабой-Ягой, отомстить родному отцу, выбраться из нищеты, стать родичкой самого правителя, избежать мести молодого князя. Но Велислав сыграл роль лиса из кощуны, хотя он всегда был хитрее византийских патрикиев.