Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 83 – Джин Соул

Когда Ху Баоцинь опомнился от вспышки лисьего гнева, от карпов остались только кости да плавники. Он несколько смутился и прикопал улики под скамейкой. Лисы всегда заметают следы, особенно если это следы преступления. И лучше бы ему держаться от пруда подальше, когда Владыка миров обнаружит пропажу. Так он и сделал: спрятался в самом дальнем углу дворца, но всё-таки не удержался от смеха, когда услышал ругательства демиурга. Костерил паскудного лиса демиург на чём свет стоит!

Ещё Ху Баоцинь какое-то время развлекался тем, что рыл норы и прогрызал дыры во всём, что попадалось под лапу. Он чуял, что где-то под дворцом есть разлом миров, и если бы удалось его раскопать, то он бы отсюда лапы сделал в ту же секунду. Разломы миров можно настроить под себя, он мог бы вернуться… куда? Ему некуда было возвращаться. При мысли об этом разыгралась лисья хандра. Ху Баоциню даже пакостить расхотелось.

Фланируя по дворцовым коридорам, он почуял вдруг сладковатый аромат вина. Владыка миров распивал вино в тронном зале. Заметив любопытный взгляд лиса, демиург наполнил вторую чашку и сделал пригласительный жест. Ху Баоцинь только презрительно фыркнул. Не нужны, мол, мне твои подачки. Владыка миров казался разочарованным.

«Ему помощник нужен или собутыльник?» – осклабился Ху Баоцинь и подумал, что неплохо было бы отучить демиурга от пьянства, уничтожив его запасы вина. Где-то же они должны храниться?

На поиски Ху Баоцинь потратил много времени, но так и не нашёл ни винного погреба, ни тайника. Наверное, вино Владыка миров приносил с собой из мира смертных или прятал его в рукавах.

Один раз демиург забыл – или нарочно оставил? – на столе сосуд вина. Ху Баоцинь принюхался. Не лисье винишко, конечно, но раз дармовое, то почему бы и не выхлебать? Это не подачка, это честно слисенная добыча. Он вспрыгнул на стол, сунул морду в сосуд, чтобы вылакать вино, насколько язык дотянется.

Но в этот самый момент в зал вернулся Владыка миров. По лицу его сначала мелькнуло удивление, потом лёгкое довольство происходящим: лисья приманка сработала! Быть может, пригубив винишка, серебристый лис станет благосклоннее?

Не стоило обольщаться.

Заметив Владыку миров, серебристый лис тут же выдернул морду из сосуда, встопорщил усы, избавляясь от винных капель, и лапой столкнул вино со стола – совсем по-кошачьи. Дзинь! хрупкий фарфор разбился, вино расплескалось по полу. Лисья морда ухмылялась. Владыка миров огорчённо поглядел на лужу, выкинул в воздух и поджёг Ци талисман – и время сосуда обратилось вспять: черепки собрались, вино втянулось внутрь, и сосуд приземлился прямёхонько на прежнее место, где стоял до лисосброса. Серебристый лис перестал ухмыляться и пригнул голову, разглядывая восстановленный сосуд. Опять какие-то странные чары? Нужно разобраться, как это работает. Он поднял лапу и примерился…

— Даже не думай! – возмутился Владыка миров.

Опоздал. Серебристый лис шлёпнул лапой по сосуду и свесил морду с края стола, чтобы поглядеть, как тот разобьётся. Дзинь!

Владыке миров потребовалось десять заклинаний обратного времени – очень редких, между прочим, делаются долго и сложно, тратить их на пустяки – настоящее святотатство, но поди растолкуй это строптивому лису, – прежде чем Ху Баоцинь удовлетворил лисье любопытство.