Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 85 – Джин Соул

— Неужели… – пробормотал он, резко затормозив.

Остановиться удалось, а вот равновесие сохранить – нет, и он плюхнулся на попу, вытягивая задние лапы вперёд. Хвост несколько смягчил падение, но Ху Баоцинь не заметил бы, даже если бы отшиб лисий персик, потому что пришло Озарение.

Если предположить, что невидимый заслон поставлен на дверной проём уже после появления в Сияющем чертоге Ху Баоциня, значит, Владыка миров расстарался и придумал такую ловушку, чтобы серебристый лис ни за что не смог бы войти и напакостить. Если бы Ху Баоциня спросили, а он пожелал бы ответить, то он уверил бы, что и не собирался пакостить, это всё лисье любопытство. Да и, в конце концов, если куда-то попасть нельзя, то именно этого больше всего и хочется! Тут уже дело принципа: может, Владыка миров и обладает всеведением и всезнанием, а лисы обладают… всепролазностью. Если лиса не может куда-то попасть, значит, этого ей не так уж и хочется.

Ху Баоцинь, помедлив, превратился в человека и осторожно переступил через порог зала Сфер. Да, как он и думал, ничто его не останавливало. Владыка миров, похоже, решил любыми средствами заставить его принять человеческое обличье.

— Пф! – презрительно фыркнул Ху Баоцинь, превратившись в лиса, едва оказался внутри полностью. – Тоже мне, всезнайка…

Будь он на месте Владыки миров, он бы раскинул дополнительную ловушку уже внутри. Скажем, обратные чары: вошёл – и становишься самим собой, а обратно не превратишься, пока не выйдешь. Вот и выбирай, что для тебя важнее: остаться в том обличье, в котором тебе хочется, или удовлетворить любопытство. Но внутри ловушки не оказалось. Пожалуй, Ху Баоцинь даже был несколько разочарован.

Он медленно обошёл зал, разглядывая сияющие сферы и принюхиваясь к ним. Они и пахли по-разному, и он готов был поклясться, что где-то них затерялась демоническая сфера.

— Это… миры? – пробормотал Ху Баоцинь, потыкав лапой в ближайшую к нему сферу. На ощупь сфера тоже была как нефритовая жемчужина, и проткнуть её когтем – увы и ах! – не получилось.

Сорвать сферу, как локву с ветки, тоже не вышло: если она и держалась на невидимой нити, то нить эта была необыкновенно прочна, а скорее всего, была задействована Ци. Сфера недовольно загудела – он расслышал жужжание, похожее на то, какое издают голодные шмели, вываливаясь в пыльце цветочной чашечки, – и чуть сместилась в сторону, подальше от любопытного лиса, но всё же оставаясь в пределах своей траектории.

И Ху Баоциню сейчас же захотелось проверить, все ли сферы – по крайней мере, те, до которых можно дотянуться, – ведут себя так же, как и эта. Гудение и жужжание наполнило зал, ему даже показалось на мгновение, что он попал в пчелиный улей. В сопредельных мирах между тем произошло двадцать шесть землетрясений, пятнадцать наводнений и одно внеплановое солнечное затмение, огорошившее местных астрономов, которые ничего подобного не предсказывали, – поскольку любое взаимодействие со сферами вызывало аномалии в заключённых в них мирах. Но стоило оставить сферы в покое, они вернулись к размеренному вращению по собственным траекториям.

Владыка миров, вернувшись в Сияющий дворец, всегда первым делом проверял сферы. Увидев в зале серебристого лиса, он входить раздумал, тихонько отступил от дверного проёма и пошёл в тронный зал.