Книга Литания Длинного Солнца, страница 202 – Джин Родман Вулф

— Что ж, ладно. Тебе Иносущий говорит вот что: ранее ты действовал в одиночку, но времена те подходят к концу. Вскоре тебе предстоит встать во главе воинства храбрецов, и вместе вы восторжествуете.

Чистик сложил губы трубочкой, словно беззвучно присвистнув.

— Есть здесь известие и для меня. Поскольку Чистик подал пример откровенности, мой долг – поддержать его. Мне надлежит исполнить волю говорящего с нами бога и вместе с тем – волю Паса. Разумеется, к тому и другому я приложу все усилия, тем более что, судя по манере, в коей сие начертано, им обоим угодно одно и то же.

Охваченный сомнениями, Шелк прикусил губу. Радость, переполнявшая его всего минуту назад, таяла, точно лед вокруг тела Дриадели.

— Еще тут сказано об оружии… оружии, нацеленном в мое сердце. Что ж, постараюсь приготовиться.

Испуганный, но устыдившийся собственных страхов, он ненадолго умолк, перевел дух.

— И, наконец, здесь есть известие для всех нас. Когда угрожает опасность, нам надлежит искать спасения в тесных стенах. Кто-нибудь понимает, что это может значить?

Превозмогая слабость в коленях, Шелк поднялся и обвел пристальным взглядом лица собравшихся.

— Вот ты, сидящий близ образа Тартара. У тебя есть какие-либо соображения на сей счет, сын мой?

Сидевший близ образа Тартара заговорил, однако слов его Шелк не расслышал.

— Будь так добр, встань. Уверен, тебя хотят слышать все.

— Под городом куча древних туннелей, патера. Местами обвалившихся, местами затопленных. На прошлой неделе моя артель, копая яму под новый фиск, наткнулась на один такой. Только нам велели его засыпать, чтоб никто не упал и не расшибся. Вот там вправду тесно… а стены сплошь крылокаменные.

Шелк согласно кивнул:

— Действительно, я тоже об этом слышал. Полагаю, укрытием послужить они могут, а значит, возможно, речь идет именно о них.

— Да это ж про наши дома! – подала голос какая-то женщина. – Просторных, больших домов ни у кого из нас нет!

Орхидея, обернувшись назад, смерила ее испепеляющим взглядом.

— Или про лодки, – предположил сидевший через проход от нее.

— Да, и это тоже возможно. Запомним же предостережение Иносущего хорошенько. Уверен, смысл его станет нам ясен, когда придет время.

Майтера Мрамор уже ждала своего часа в задних рядах с парой голубей.

— Чистик, сей дар поднесен тобой, и посему ты вправе первым претендовать на священную пищу, коей он сделался ныне. Желаешь ли ты взять его или хоть его долю себе, сын мой?

Чистик отрицательно мотнул головой, и Шелк, проворно разделав тушу барана, роздал мясо желающим, а сердце, легкие и кишки отправил в алтарный огонь.

Оставив в руках майтеры Мрамор одного из голубей, Шелк поднял второго к Священному Окну.

— Прими же, о Пригожая Киприда, в жертву сих превосходных белых голубей! Прими и услышь наши мольбы, поведай нам о грядущем. О будущем – нашем, а также чужом. Поведай, что же нам делать? Любое, пусть самое легковесное, твое слово для нас драгоценно. Однако же, если тебе будет угодно противное…

Выжидающе помолчав, он в который уж раз уронил книзу руки.

— Что ж, мы не ропщем. Не ропщем, но молим: удостой нас беседы посредством сей жертвы.

Ловким одним движением отделив от тела голову первого из голубей, Шелк предал ее огню, а бьющееся белое с алым тельце поднял над алтарем, кропя кровью жарко полыхающий кедр. Поначалу вытаращенные глаза и отвисшие челюсти скорбящих, не говоря уж о толпе прочих, явившихся помолиться либо в надежде разжиться толикой мяса поминальных жертв, показались ему всего лишь реакцией на нечто, случившееся у алтаря. Что там? Перчатки горят? Ризы затлели? А может, старая майтера Роза рухнула с ног?