Книга Яйца всмятку, страница 29 – Мари Соль

— Глупости, какие, Оль! Ну, прекрати! — он опять положил свою руку ко мне на бедро, — У нас было-то с ней всего раз…

Он замолчал, когда я повернулась. Медленно. Сперва головой, а потом и всем корпусом.

— Раз? — повторила.

— Ну… д-да, — опустил он глаза, — Это ж та самая барышня! Ну, с обочины. Ты поняла? На самом деле она привязалась ко мне. Как пиявка вцепилась! Что-то придумала в своей бестолковой башке. Как эта, знаешь, маньячка? Я даже стал волноваться, что она домой заявится. Ну, и вот.

— А как же она узнала твой адрес? — впилась в него взглядом.

Глаз Женька не поднял. Так и продолжил, не глядя:

— Да я же ей сам сказал, что живу на Курской. А дом… Я не знаю! Наверное, номер машины запомнила. Может у неё в ментовке друзья есть? Это ж менты их крышуют! Она и сотовый знает. Звонила.

— И что же хотела? — спросила я. Мне просто было любопытно, насколько далеко зайдёт его ложь.

Женька потёр лоб, промычал:

— Что, что? Денег, конечно! Говорит, заплати, а иначе жене расскажу, что мы спали.

— И ты, конечно, не стал ей платить? — усмехнулась.

Мне тут же вспомнился фильм «Роковое влечение». С Майклом Дугласом в главной роли. Когда-то мы с Женькой смотрели его. Где одержимая страстью любовница преследует объект своей страсти, а затем и всю его семью.

Робкая надежда: «А вдруг это именно так?». Что, если эта Анжела действительно всё сочинила? Но… Катя. Её упоминание о дочери задело сильнее всего.

— Как-то она не похожа на проститутку, — произнесла я задумчиво.

— Ну, так она официантка! — признался Сорокин, — А это так, — хмыкнул он, — Подработка в свободное время.

— Знаешь, что противнее всего? — скривилась я, глядя на мужа, — Это то, что ты продолжаешь мне врать.

— Да почему врать-то, Оль? — озадачился Женька, — Значит, мне ты не веришь, а ей? Прямо вот так взяла и поверила?

— Что ты рассказывал ей обо мне? — надавила.

— Ничего! — утвердительно выдохнул он, — Ничего не рассказывал! Она сама нашла всё по социальным сетям.

Перед глазами стояла Анжела. И уверенность в том, что он врёт, только крепла.

— Тогда позвони ей сейчас и скажи, чтобы ноги её здесь больше не было. А иначе ты напишешь на неё заявление в полицию, — попыталась поймать его взгляд, — Ну же! Звони. У тебя сохранился её телефон?

Сорокин водил языком по зубам. Отчего его рот то и дело менял очертания.

— Оль, ну… Я уже ей сто раз это говорил!

— Скажи сто первый. При мне, — я села, подложив подушку под спину. И выжидающе глядя на мужа.

Он достал из кармана смартфон.

— Покажи! — успела я выхватить.

Женька вцепился в него:

— Оль, зачем?

— Просто, мне любопытно, — притянула я гаджет к себе.

Женька никогда не тихарился! Потому что всегда был уверен, что я его не заподозрю. У меня и в мыслях не было подозревать его в изменах. А сейчас вспоминаю «звоночки». Вроде отголоска женских духов. Или внеурочных посиделок с друзьями. Как-то раз, сев в машину, ощутила, что сидение сдвинуто с места. Вроде мелочь, но я люблю вытянуть ноги. А в тот раз не смогла…

Наверное, все эти вещи должны были по капле меня насторожить. Но осознание правды пришло вместе с той, кто и есть эта самая правда.

Я открыла его список контактов. На букву «А» не было Анжелы, что вполне ожидаемо. Однако, в журнале звонков обнаружилось имя «Аркадий».