Онлайн книга «Яйца всмятку»
|
Я вспоминала об этом, сидя на лавочке. И в этих женщинах видя себя саму. Ещё молодую и полную планов. Уже не слишком юную, но всё ещё дико влюблённую в мужа… Вскоре сквер наводнился весёлыми криками. Детвора окружила меня, собирая каштаны. Одна из девчонок доверчиво сунула свой мне в ладонь. — Тётенька, а почему вы грустите? Потому, что скоро зима? Я потрогала щёку и сама для себя осознала, что плачу. Слёзы вытерла и кивнула. Просто голос пропал. Я смотрела в пространство и думала: «Это конец». Я не хотела вставать. Я уже не принадлежала себе. Все чувства замедлились. Наверное, так замедляется жизнедеятельность хладнокровных существ? Они засыпают в снегу. И открывают глаза в другой жизни. Я подумала: «Жалко, сейчас не зима. Вот бы заснуть навсегда»… В глаза, ослепляя меня, засветил яркий луч света. Я не сразу поняла, что это фары машины. Казалось, она так близко! Ещё немного, и она меня раздавит. Но на самом деле она была не так уж близка. Просто дальние фары. Водитель припарковался и вышел. Я очнулась. Почему-то вся мокрая. «Неужели, от слёз», — подумала, трогая щёки. Но не только они были мокрыми. Мокрой была и одежда! Моя куртка промокла почти насквозь. «Вот и небо плачет вместе со мной», — я даже слегка улыбнулась ему. Небу. Оно продолжало лить слёзы. Но уже осторожно, по капельке. Я поняла, что дрожу. Поднялась на картонных ногах. Идти домой не хотелось. Там Катя. А я должна рассказать ей. Не могу же я врать своей дочери? А как! Как я ей расскажу? Об Анжеле. Об измене отца. «Три года», — стучала в голове эта цифра. Три года он врал мне. Он спал с другой женщиной всё это время и врал. Он приходил и ложился в кровать. Он любил меня. Телом. Словами. Он врал мне в глаза. Ну, за что? Не помню, как дошла. Как поднялась на лифте на свой этаж. Как квартира открылась. Но вместо Кати на пороге стоял Андрей. «Женька», — подумалось сразу. Ну, вылитый Женька! В юности. Такой, каким я его помню. Каким полюбила его. Хотелось броситься сыну в объятия, прижаться к его тёплой груди. И рассказать ему всё без остатка. Но позади него стояла Катя. — Мам? — испуганно произнесла дочка. Я поняла, как ужасно выгляжу, только взглянув на себя в большом зеркале в коридоре. Руки дрожали, зуб на зуб не попадал. Но не от холода, нет! От чего-то другого. — Мам? Ты что? Ты в порядке? Мамуль, где болит? — беспокойно ощупывал Андрей мои плечи и спину. Я так хотела сказать ему что-то. Успокоить. Ответить, что у меня ничего не болит. Что я просто очень устала. Но язык прирос к нёбу. В горле пересохло. И получилось только мотнуть головой. — Мам, что случилось? Где ты была? Ты вся мокрая! — причитал мой любимый сыночек. «Ну, какой ты красивый», — подумала я. Повезёт же Оксане, если вы наконец-то поженитесь… Он отправил Катюшу ставить чайник, а сам отвёл меня в спальню. — Так, давай-ка снимем всё это. Нужно сушить, — начал стягивать с меня мокрый свитер. Он никак не хотел поддаваться. А я не могла найти в себе силы помочь. Под одеждой на мне была майка и трусики. Когда дошло до джинсов, сынуля взглянул: — Мам, тебя изнасиловал кто-то? Глаза распахнулись. Я опять вознамерилась протестовать. Но только мотнула головой, отрицая. — Ограбил? — продолжил допрос Андрей, стягивая с моих ног насквозь мокрые джинсы. |