Книга Пятая зона пульса, страница 3 – Юля Артеева

— Как ваша мама?

С каким-то мстительным удовольствием я отвечаю:

— Болеет, к сожалению.

— Да что ты! — Прикладывает ладони к объемной груди. — Сильно?

С преувеличенно загадочным видом я отвожу глаза и вздыхаю, следом пожимая плечами. Потом поднимаю руку и перебираю пальцами в воздухе.

Говорю:

— Ну, мы пойдем. Рада была повидаться!

— А я-то как! — язвит она, впрочем, все так же сладко, но я уже выскакиваю за дверь и в полной мере отыгрываю лицом отвращение. Брат хохочет, когда я изображаю рвотные позывы, и сдавленным от смеха голосом произносит:

— Натали Алексевна все видит!

— Пусть смотрит. Глаза поломает.

— Мы домой? Зайдем в магаз?

— Нет.

— Ну почему-у-у-у, — начинает канючить. — Можно хлопья? Я хочу подушечки с начинкой.

— Хлопья можно, но мы не домой.

— А куда? — интересуется озадаченно и пытается на ходу заглянуть мне в глаза.

Я быстро пробегаюсь пальцами по экрану смартфона и сообщаю:

— В бассейн.

Никита резко останавливается, но я хода не сбавляю, так что слышу, как спустя время он снова несется за мной так, что рюкзак бьется о спину.

— В бассейн?! — орет на всю улицу. — Ты что, с ума сошла?!

— Нет. Сейчас зайдем за плавками и погоним. Я тебя записала.

— Ник, я не пойду.

— Ник, — передразниваю, — мы пойдем. Вместе. Если сраная школа не может научить тебя плавать, значит, научимся сами.

Обнимаю брата за плечи и притягиваю к себе. Треплю его по голове и сообщаю уже гораздо мягче:

— Все будет хорошо, правда. Это акваклуб для детей, там учат плавать даже грудничков.

— Издеваешься?

Поспешно заверяю:

— Ты очень взрослый, Никит! Я просто имела в виду, что раз они таких маленьких учат, значит ты за пару занятий справишься.

Брат молчит. Немного замедляюсь, чтобы шагать с ним в ногу. Опавшие листья на тротуаре размокли и превратились в грязное месиво вопреки всем представлениям о золотой осени.

— Нам хватит? — спрашивает Никита тихо. — На пару тренировок?

Отвечаю беспечно и тем не менее уверенно:

— Конечно. Там первое занятие всего за косарь.

— Косарь?!

— Да не ори ты! Это дешево, балда.

— Ага, рассказывай. На косарь можно, знаешь, что купить?

Я хмыкаю:

— Знаю. Тренировку по плаванию. Все, Ник, не утомляй. Идем учиться плавать.

У квартиры говорю строго:

— Жди здесь.

Никита закатывает глаза и швыряет рюкзак на пол. Говорит:

— Забери, я его в басик не потащу. У детей вообще сколиоз от них бывает, знала?

— В курсе.

Беру вещи и, открыв дверь, захожу домой осторожно. Утром я открывала окна, но сейчас воздух тяжелый, густой и полон запаха перегара.

Наступая на задники, оставляю у порога кроссы, иду в нашу спальню и быстро отыскиваю плавки брата, шапочку и очки. Заново собираю его рюкзак и, помедлив на пороге комнаты, все-таки иду к маме. Она спит, наполовину свесившись с дивана. Голова почти на подушке, а одна нога на полу. Домашние шорты задрались, обнажив бедро и старые кружевные трусы.

Заметив около ее постели бутылку коньяка, которая полна больше, чем наполовину, я выливаю в раковину практически все. Оставляю столько, сколько нужно на опохмел, а потом забираю ее ключи и, заперев дверь, ухожу.

— Как она? — спрашивает Никита уже в лифте, пиная кроссовкой стену.

— Спит.

Брат кивает, не глядя на меня, и сердце неприятно сжимается от того, каким взрослым в этот момент выглядит его лицо. Слишком много уже понимает, раньше было проще.