Книга Бывшая жена олигарха, страница 52 – Мира Линч

Беспокойство было неясным, безотчётным — как запах гари, который чувствуешь, но не можешь понять, откуда он идёт. Внешне всё было хорошо: Сергей сидел в колонии, апелляцию отклонили, его адвокаты переключились на другие дела, оставив бывшего клиента дожидаться своего часа. Блог Лизы рос — уже двенадцать тысяч подписчиков, первые контракты с небольшими брендами посуды и текстиля, приглашения на коллаборации от декораторов, которые когда-то смотрели на неё как на пустое место. Макс получил повышение в таллинском стартапе и теперь руководил небольшой командой разработчиков. Денег хватало не только на жизнь, но и на то, чтобы откладывать на Португалию — они открыли совместный счёт и каждую неделю переводили туда понемногу, как молитву, как обещание.

Но по ночам Лизу накрывало. Она вспоминала мелочи — случайные, ненужные, которые почему-то врезались в память с невероятной силой: как Сергей поправлял галстук перед выходом, как он морщил нос, когда пробовал её суп («маловато соли, Лиза, ты что, экономишь?»), как он однажды, в единственный раз за десять лет, пришёл домой с букетом цветов не по празднику, а просто так — и она тогда расплакалась от неожиданности, а он посмотрел на неё, как на сумасшедшую, и сказал: «Что с тобой? Ты же не любишь цветы». Но она любила. Просто он никогда не спрашивал.

— Ты опять не спишь, — сказал Макс, поворачиваясь к ней. Его голос был сонным, тёплым, и она почувствовала, как его рука накрывает её ладонь.

— Не могу, — честно ответила Лиза. — Эти ночи… они сводят с ума.

— Это не ночи, — возразил он, притягивая её к себе. — Это ты себя накручиваешь. У тебя посттравматический стресс. Нужно к психологу сходить.

— К психологу? — усмехнулась Лиза. — У нас нет денег на психолога. Мы копим на Португалию.

— Деньги на психолога — это инвестиция в наше будущее, — философски заметил Макс, целуя её в плечо. — Если ты будешь каждую ночь просыпаться и вспоминать Сергея, мы никогда не построим нормальную жизнь.

Лиза промолчала, потому что он был прав, а признавать правоту в четыре утра, когда за окном светло, как днём, а в голове роятся обрывки прошлого, было выше её сил. Она закрыла глаза и попыталась представить Португалию — море, солнце, запах эвкалиптов, о котором она читала в путеводителях. Но вместо этого видела лицо Сергея в зале суда — серое, безжизненное, как бетонная стена. Она отвернулась к стене и сделала вид, что засыпает.

В середине июля пришло письмо от Нади. Не электронное — бумажное, с марками и штемпелем Берлина. Подруга написала, что продала две картины в частную коллекцию и теперь может себе позволить «небольшое безумие», например, приехать в Петербург на пару недель.

«Лизка, я хочу тебя обнять, — писала Надя своим корявым почерком, который не изменился за двадцать лет. — Я хочу посмотреть на твоего Макса и убедиться, что он не очередной козёл. И я хочу наконец увидеть тебя счастливой. Не той счастливой, которая на фотографиях в Instagram, где ты улыбаешься, но глаза грустные. А настоящей. Знаешь, я ведь тоже недавно влюбилась. В женщину. Её зовут Клара, она архитектор, и она носит смешные очки. Может, приеду не одна. Ты не против?»

Лиза рассмеялась — впервые за долгое время искренне, громко, так, что Зевс подскочил и залаял. Макс выглянул из-за ноутбука: