Книга Когда мотылек полюбил пчелу, страница 349 – Пеппер Винтерс

«Мы заберем тебя туда, куда пожелаешь, – Ривоза выдохнул мне это прямо в лицо. – Ты – это мы. Мы – это ты. Всегда были и всегда будем».

Разум мой столкнулся с тем, что было слишком великим… слишком невероятным, чтобы разобраться с этим сейчас. Шаги зазвучали еще ближе.

Натим тихо фыркнул.

Ветер завился вокруг моего горла.

«Решай же, дарительница жизни. Выбираешь ли ты смертного или мастера над луной? Готова ли стать счастливой, заплатив ужасную цену?»

— Ты не остановишь меня, как остальные?

«Уже слишком поздно. Ты впустила его в свое сердце и в свою плоть. Последствия не заставят себя долго ждать. Они и сейчас затаились совсем близко».

Я задрожала.

— Что затаилось?

«События, которые сломают тебя. Но… это всегда было твоей Судьбой. Глубоко в своем сердце… ты всегда это знала».

Слева от меня стебли травы раздвинулись, и на поляну вышел Актор. Наши глаза встретились.

Сердце заколотилось как бешеное.

— Вот ты где, – лицо его подернулась раздражением. – Я ведь знал…

— Давай. Отнеси меня к нему.

Не было никакого выбора. Не тогда, когда я увидела кровопролитие, причиной которого стану, и вспомнила о жизни, которую создала.

— Ру…

— Дарро. Отнеси меня к нему. Сейчас же!

Воздух не ответил.

Он просто оплел меня плотной паутиной, скрыл невидимым плащом и подарил крылья, чтобы я смогла ускользнуть прямо из-под пальцев Актора.

Перед глазами все поплыло.

Волосы затрещали.

По коже разбежались мурашки.

Снизу вверх, наизнанку, падая, падая… падая… а потом все закончилось.

Ветер стих.

И воцарилась тишина.

Я сморгнула сухость, которая колола глаза после путешествия по воздуху. Какое-то время я не понимала, где нахожусь.

Но затем я снова моргнула и медленно осознала, куда принес меня Ривоза.

Я улыбнулась: четыре волка поднялись на лапы и оскалили клыки – меня явно не ждали. Ауры зверей сияли серебром и бронзой. Они тихо рычали.

Я заметила движение справа: огромный альфа спрыгнул со своего любимого, нагретого солнцем камня, и от стука его лап содрогнулась земля. Желтые сияющие глаза посмотрели прямо на меня. Острые как копья рога поднялись в небо. Салак зарычал и мотнул своей серебристо-черной шерстью.

Готовность защитить свою стаю быстро сменилась приятным удивлением. Волк больше не рычал предупреждающе – он приветственно заскулил. Я без всяких усилий направила на него свою чувствительность и задрожала от удовольствия, когда его ржавая, осенняя аура свилась с моей. Он показал мне здоровых щенков, насытившихся волчиц и успешные охоты.

Я сделала шаг вперед и обняла его гигантскую шею.

— Здравствуй, прекрасный волк.

Альфа фыркнул и опустил голову, чтобы обнять меня. Приятная тяжесть его челюстей на моей спине заставила меня пролить благодарные слезы. В голове замелькали картинки, которые скармливал мне Салак: он решал, как рассказать мне о том, что я и так уже знала.

Девушка слабела.

От грязи, по которой она шла, несло смертью. Она не знала.

Она ничего не знала. Но я знал.

И прежде, чем она вошла в хрупкие кости и смертную форму, она попросила меня довериться ей. Она попросила стаю мою следить за тенями. Защитить ее от них. Мы должны были последовать за ней. Запомнить ее. Но она не хотела, чтобы мы вмешивались. Она хотела прожить смертную жизнь. Жизнь, которая угасала.