Книга Халазия, или на Земле тоже можно жить, страница 65 – Tommy Glub

— Палатка, — отвечает он, разворачивая находку.

Ткань грязная, с пятнами и надрывами, но на ощупь крепкая.

— Нашёл на складе. Если её немного почистить, будет вполне пригодна для ночлега.

Мы втроём принимаемся за дело.

Керн проверяет швы, заделывает самые крупные дыры с помощью куска ткани и проволоки. Арон приносит несколько обломков мебели, используя их как опоры, чтобы закрепить палатку на полу. Я стелю раскрытые спальные мешки, добавляя поверх пару найденных старых курток — так будет ещё теплее.

Работа занимает не меньше двух часов, но в конце концов палатка стоит.

Внутри тепло и уютно, хоть и всё ещё пахнет затхлостью.

Я сижу у входа, кутаясь в куртку, наблюдая за тем, как Керн молча проверяет аптечку, перебирая пузырьки и бинты перед сменой повязок, а Арон с каким-то детским восторгом рассматривает найденную им старую карту города.

Мы заканчиваем приготовления и на походной печке греем кашу и чай. Вонь пыли и сырости смешивается с запахом горячей еды, отчего в животе немедленно всё сжимается от голода. Горячее не только утоляет его, но и согревает изнутри. Мужчины закрывают окно куртками, а дверь заваливают рюкзаками, чтобы не задувало. В воздухе всё ещё стоит прохлада, но становится заметно теплее.

Я зеваю, чувствуя, как приятная усталость накрывает всё тело.

— Нет, Лия, — говорит Керн, когда я устраиваюсь с краю палатки.

Он забирается внутрь следом, и я тут же краснею, сама не понимая, почему. В горле пересыхает, и я нервно сглатываю.

— Ложись посередине, — продолжает он. — Тебе много места не надо, да и ночью можешь там с краю просто окоченеть.

Я чувствую, как внутри всё сжимается.

— А вы? — спрашиваю, сглатывая ещё раз. — Вы тоже можете замёрзнуть.

— Не спорь, малышка, — ухмыляется Арон, ложась с другой стороны и устраиваясь на спине. — Между нами тебе точно будет теплее.

Я замираю, потом всё же осторожно пробираюсь в центр. Керн закрывает палатку, и едва он устраивается рядом, я замечаю, как мне сразу становится теплее.

Я ложусь лицом к Арону, и тёплый, слегка шероховатый материал его куртки касается моего лба. Позади ощущается тепло Керна, его дыхание раз за разом касается моего затылка. Всё это слишком... странно.

Но вместо дискомфорта я ощущаю расслабление. Мне даже горячо внутри, и пульс стучит так бешено, что хочется только раскрыться, впустить прохладный воздух.

Я сглатываю, осторожно закрывая глаза.

Сегодня я впервые за долгое время чувствую себя сытой, довольной... в безопасности.

Сегодня я точно высплюсь.

Но…

Проходят долгие минуты. Я успокаиваю дыхание и чувствую, как меня постепенно обволакивает эта сонная нега. Тепло тел рядом создаёт ощущение защищённости, которого я давно не испытывала.

И едва я начинаю засыпать, слышу спокойный, размеренный тон Керна:

— Что дальше? Мы должны будем оставить Лию.

Тепло внутри меня резко сменяется холодом.

— В этом и был смысл, — отвечает Арон, его голос звучит глухо, будто он тоже не до конца уверен. — Отец дал ей выбор, а мы не можем её силой заставить остаться с нами. Да и… как это объяснить? Я и сам не понимаю, почему так сильно не хочу, чтобы она осталась с братом.

Братом?

Я прикусываю губу, стараясь дышать ровно.

— Раньше таких причин было достаточно, чтобы жениться на девушке, — задумчиво говорит Керн. — Помнишь, мама рассказывала о браках на Земле? Как было раньше… И, думаю, одно из доказательств, что мы живы и способны думать в подобном ключе — это как раз то, что мы можем чувствовать.