Книга Дикая роза поместья или Ты не покоришь меня, внезапный муж, страница 54 – Олеся Герус

Она свернула не там.

Поняла почти сразу — деревья пошли незнакомые, тропинка сузилась. Остановила Тоше.

— Я не знаю, где мы, — сказала она. Спокойно, без паники — она не паниковала, просто констатировала.

Кейран остановился рядом.

— Я знаю, — сказал он. — Мы забрали левее, чем надо. Здесь есть объезд. — Он посмотрел на неё. — Ты устала?

— Нет.

— Объезд — ещё полчаса.

— Ничего страшного.

Он смотрел на неё — с тем выражением, которое она теперь умела читать. Что-то тёплое и немного беспокойное.

— Элара, — сказал он.

— Что?

— Ты могла сказать сразу, что сбилась. Раньше.

— Я поняла только что.

— Ты поняла раньше, — сказал он. — Когда тропинка сузилась. Я видел, как ты нахмурилась.

Она молчала.

— Можно не знать дороги, — сказал он тихо. — Это не слабость.

— Я знаю, что это не слабость.

— Знаешь, — согласился он. — Но всё равно не говоришь.

Она смотрела на него в сумеречном лесу — на его лицо, серьёзное и внимательное, на то, как он сидит в седле рядом, терпеливо, без раздражения.

— Привычка, — сказала она наконец.

— Знаю, — сказал он. — Но ты не одна. Уже не одна.

Это было тихо сказано. Без давления. Просто — ты не одна.

Она смотрела на него и чувствовала что-то, что не умела назвать точно — что-то между теплом и уязвимостью и тем острым чувством, которое бывает, когда кто-то видит тебя точнее, чем ты сама себе позволяешь.

— Веди, — сказала она. — Ты знаешь объезд.

Он повернул Марта и поехал вперёд. Она — следом.

В темноте леса, за его спиной, она думала: уже не одна. Думала, что это было правдой. Думала, что правда эта была немного страшной — потому что значила, что она позволила кому-то стать нужным. Позволила — и даже не заметила когда.

Третья ситуация случилась ночью.

Она проснулась от звука — резкого, незнакомого. Лежала секунду, слушала — тишина. Потом снова. Не гром — что-то в доме, в дальнем конце коридора.

Она встала. Набросила шаль. Вышла.

Коридор был тёмным — свечи погасли давно, только лунный свет из окна в конце. Она шла осторожно, слушала.

Звук снова — из его кабинета. Она остановилась у двери. Постучала.

— Кейран?

Тишина. Потом:

— Всё в порядке. Иди спать.

Она открыла дверь.

Он сидел за столом. Перед ним — бумаги, свеча, стакан с чем-то тёмным. Лицо у него было усталым — не так, как бывает после работы. Иначе. Тяжелее.

— Что случилось? — спросила она.

— Ничего. Работал.

— Кейран.

Он поднял взгляд. Посмотрел на неё — в шали поверх ночной рубашки, с распущенными волосами, босую на холодном полу.

— Письмо из столицы, — сказал он. — Дела. Ничего срочного.

— Ты не спишь в час ночи и пьешь алкоголь из-за ничего срочного, — сказала она.

Он молчал.

Она вошла. Подошла к столу — посмотрела на бумаги, не читая, просто посмотрела. Потом — на него.

— Расскажи мне, — сказала она.

— Не стоит твоего беспокойства, всё нормально.

— Кейран, — сказала она тихо, — ты сказал мне однажды, что я не одна. Это работает в обе стороны.

Долгое молчание.

Он отложил бумаги. Откинулся на спинку кресла. Смотрел на неё — долго, с чем-то сложным во взгляде.

— Старый договор, — сказал он наконец. — Земельный спор, который тянется три года. Думал, что закрыли в том году. Оказывается — нет. Придётся ехать в столицу. Разбираться лично.

— Когда?

— Не знаю ещё.

Она смотрела на него.