Книга Дикая роза поместья или Ты не покоришь меня, внезапный муж, страница 32 – Олеся Герус

— Это факт, который вы получили с помощью обмана, — сказала она.

Он молчал.

— Вы признали, — сказала она. — В карете. Из мести — частично. Это ваши слова.

— Мои, — согласился он.

— Тогда почему вы ведёте себя так, как будто это не имеет значения?

Он смотрел на неё. В лунном свете лицо его было серьёзным — без холодной довольности из кареты, без закрытости утром на развилке. Просто серьёзным. И что-то в этой серьёзности было неудобным, потому что с ним злым или холодным или самодовольным было проще, чем с ним вот таким.

— Это имеет значение, — сказал он наконец. — Я не говорил, что нет.

— Тогда что вы говорите?

— Что это было. — Пауза. — И что сейчас — другое.

— Какое другое?

— Не знаю ещё, — сказал он. И снова — как тогда, на развилке, — это прозвучало как настоящее. — Но другое.

Она смотрела на него. Думала: он сидит на краю её кровати посреди ночи и говорит, что не знает, и это должно было злить её — и злило, немного, — но под злостью было что-то, что реагировало на его близость и на лунный свет на его лице и на то, каким он был секунду назад, когда наклонился.

Предатель, — сказала она своему телу. — Ты абсолютный предатель.

— Кейран, — сказала она, — что вы хотите от меня? Конкретно. Сейчас.

Он смотрел прямо.

— Вы моя жена, — сказал он. — Я имею право…

— Нет, — сказала она.

— Элара, — его рука взяла одеяло и потянула на себя, стаскивая с девушки единственное укрытие между ними.

— Нет, — повторила она — так же тихо, но с тем твёрдым краем, который у неё появлялся, когда она говорила вещи, от которых не отступит. — Бумага даёт вам юридическое право. Я говорю не о бумаге. Я говорю о том, что между людьми. И этого — нет. Ещё нет.

— Ещё? — повторил он.

Она поняла, что сказала лишнее. Ещё— это не то же самое, чтоникогда. Ещёоставляло дверь.

— Вы слышали, что хотели услышать, — сказала она.

— Я слышал то, что вы сказали, — возразил он. Спокойно.

Они смотрели друг на друга в темноте. За окном луна шла по небу медленно, и свет в комнате был зыбким, меняющимся. Он очень медленно тянул одеяло на себя, ей ничего не оставалось кроме как выпустить из рук эту преграду. Вскоре она сидела только в тонкой сорочке. Поджала ноги и замерла.

— Я подожду, — сказал он наконец.

— Чего?

— Вас, — сказал он. — Я подожду. — Пауза. — Но я буду здесь. В своей усадьбе. Рядом. — Ещё одна пауза, тяжелее. — И я не обещаю, что не буду приходить. Это нечестно — обещать то, чего не выполнишь.

— Это нечестно — приходить без спроса.

— Вероятно, — согласился он. — Но я — тот, кто приходит. Это, по всей видимости, часть того, кем я являюсь.

Она смотрела на него долго.

— Вы невыносимы, — сказала она.

— Знаю, — согласился он — и в голосе была та лёгкая, едва слышная нотка, которую она уже знала. Не насмешка — что-то живое.

— Оставьте меня, идите спать, — сказала она.

— Нет, Элара, сначала ты должна узнать, от чего так настойчиво отказываешься, — он предвкушающе улыбнулся, а в глазах зажегся огонь.

Кровать жалобно скрипнула и прогнулась под его весом, когда он забрался на нее, встал на колени и потянулся к девушке. Элара замерла и не могла решить, убегать прямо сейчас или понадеяться на то, что ее муж - джентельмен. Пока она думала, мужчина двумя руками резко потянул ее за ноги на себя, затем согнул ее ноги в коленях и широко раздвинул. Сорочка при этом предательски задралась к поясу и мужчине открылся весьма интересный вид. Девушка покраснела, представив, что он видит. Она пыталась вырваться, но не закричала, так как вспомнила про слуг. Не очень хотелось, чтобы сейчас сюда кто-нибудь прибежал.