Книга Божьим промыслом. Серебро и олово, страница 33 – Борис Конофальский

— А какие ближайшие поступления у нас намечаются? — вздохнув, интересуется курфюрст.

— Ваше Высочество, первые поступления от посошного сбора мы будем получать не раньше августа, а первые сборы с мостов и дорог, и того позже, уже как повезут урожай, — отвечает ему первый писарь казначейства Пурлинг.

— А из текущих, городских поступлений, я бы брать не рекомендовал, — продолжил за подчинённого сам казначей, — у нас и так угрожающие задолженности и пред поставщиками двора, и перед стражей, и перед лакеями. Из городских сборов я собирался её покрывать.

Герцог некоторое время молчит, и все ждут его решения тоже молча, и видно, всё, что касается Винцлау, принцу дороже чем все самые важные мосты в Ребенрее, и он, наконец, произносит:

— Господин Нагель, выделите господину Клейнерту требуемую сумму на памфлеты.

И после этого совет ещё около часа обсуждал свадебное посольство. А через час, герцог и говорит:

— Господа, сделаем перерыв, — и обращаясь уже к Волкову продолжает: — Вас, господин барон, утомлять этими скучными делами мы не вправе, думаю, — тут он снова обратился ко всем, — отпустим нашего рыцаря, пока он не умер от скуки.

Никто задерживать его не хотел и господа стали из кабинета принца расходиться. Волков вышел с фон Виттернауфом, потом они покинули приёмную и пошли по коридору не спеша:

— Принц вами доволен, — говорил генералу министр. — Он, послушав вас, решил ускорить свадьбу. Но как вы слышали… Не всё так просто. Не всё так просто…

— Деньги, — догадывается Волков.

— Деньги, — соглашается министр. — И очень большие.

— Я, конечно, знал, что свадьбы дороги… — продолжает Волков как бы размышляя.

— Нет, — не соглашается с ним фон Виттернауф. — Вы даже представить себе не можете насколько. Одной гвардии надобно пять сотен человек, жених, как-никак, представляет герб Ребенрее. Пять сотен человек, все о двух конях, а те все вороные, всем шьётся новое, одинаковое платье, правится броня, шарфы, ленты, сбруи… Одних стягов с гербом заказано пятьдесят шесть штук. Господи, они получаются дорогие, словно из золота… А ещё полторы сотни слуг и чиновников, одних адвокатов целая коллегия — двадцать два человека. Конюхи, возницы, кареты, пропитание всем им в дороге. Это просто горы денег, горы…

Ну, честно говоря, это Волкова не сильно впечатлило, он водил отряды и побольше. Но тут министр нашёл чем его удивить:

— А подарок невесте! Тут пришлось собирать… Четверть миллиона талеров.

— Четверть миллиона? — Генерал сразу стал подсчитывать сколько для такой суммы потребуется телег. А после пришёл к выводу: «Ну, да, пятьсот человек гвардии в этом случае лишними не будут. Ещё бы и тысячу пехоты не плохо взять со стрелками. А то вот так вот просто выведет какой-нибудь вольный Туллинген своё ополчение…».

— Ну, тут, — продолжает фон Виттернауф, — хорошо, что ещё родня жениха собрала сто семьдесят тысяч, а остальные будут пожертвованы иными членами дома Ребенрее. Это хоть не казне платить.

— Но всё равно… Четверть миллиона… — удивляется генерал.

— Четверть миллиона, — повторил министр. — Между прочим за принцессой Оливией идёт в приданное целая земля. И земля богатейшая. Тут и миллиона в подарок было бы мало, я уже и не знаю, как наши посланники будут ей о таком скудном подарке говорить, не сгорая со стыда. Слава Господу, что мне там не быть.