Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 137 – Матвей Дубравин

— Если я заплачу вам за весь улов двойную цену, это вас устроит? – спросил Ликт. – Тогда вы отпустите Ахеля?

— И мыло давай бесплатно, – процедил человек с револьвером.

— Со скидкой восемьдесят процентов, – покачал головой Ликт. – По миру вы нас пускаете, что ли!

— Ну уж нет! – крикнул человек с револьвером. – Всё или ничего!

Купцы напряглись. Селяне тоже. В толпе показался Эстул.

— Этого достаточно! – твёрдо сказал он и обернулся к толпе селян. – Согласны? Мыло по скидке на всё село и две платы за рыбу – это очень большая выгода. Просто огромная! Мыло нынче дорогое.

Послышались одобрительные голоса.

— Я против! – сказал человек с револьвером. В толпе селян его поддержали неодобрительные голоса.

— Предпочтёте резню? – иронично спросил Эстул. – Я только за лёгкое применение насилия. Вот за такое, – сказал он и со всей силы ударил в живот человека с револьвером. Оружие вывалилось у него из рук, и Эстул схватил револьвер, сразу же наставив его на нарушителя спокойствия. – Не двигаться! – приказал он. – Подумайте ещё раз. Купцы предлагают вам дело. Да, мы все были унижены, когда Ахель нас обманул. Но теперь купцы унижаются в ответ на наши унижения. Мы были сильно унижены. Они тоже терпят большой убыток. По-моему, всё честно. И ещё, – он повернулся к Ликту, – если захотите ещё кого-то прибрать к себе, то впредь платите по счетам. В буквальном смысле слова!

— Решим за столом переговоров, – ответил Ликт. – Как я и обещал.

— Что ж, решим, – сказал Эстул. – Но мы не продешевим. Не стоит нас недооценивать. А теперь давайте рассчитаемся.

Купцы с недовольством посмотрели на главу гильдии.

— Вы потеряете не так много, – очень тихо шепнул он. – Я заплачу сколько смогу и понесу максимальный убыток.

Теперь все выдохнули с облегчением. В том числе и Ахель, который, стоя за занавеской, легко уязвимый для пули и ножа, всё прекрасно слышал и понимал.

Линва испытала настоящий шок. Кор не только не выгнал её, но и во всех подробностях рассказал то, что знал об Ахеле. Линва не видела причин не верить этому. Крайне озадаченная, она пошла на площадь.

На площади царило оживление. Купцы достали целый ящик дорогого столичного вина и разливали его всем желающим. Линва была слишком потрясена, чтобы взять стаканчик, но она расспросила о том, что произошло. Услышанное ещё больше поразило её. Весть об Ахеле смешалась со странным превращением ненависти в праздник без повода.

Эстул в сопровождении нескольких селян пошёл к Ликту, приготовившему отдельный стол для денежных расчётов. Вскоре стол наполнился банкнотами. Пачка ложилась за пачкой. Часть из этих денег предназначалась для повторной оплаты улова, а другая часть, немногим меньшая, представляла собой возврат суммы за покупку мыла. Эстул и селяне, бывшие с ним, тщательно считали купюры, которых набралось на небольшой мешок.

Ахель робко выглянул из шатра.

— Да выходи, – крикнули ему из толпы. – Больно ты нам нужен-то!

Ахель прошёл мимо ряда купцов и первым делом приблизился к Ликту.

— Я обещаю, что рассчитаюсь с вами, как только смогу, – шепнул он главе гильдии.

— Обсудим это потом, – также шепнул Ликт. – С пятого ранга я много не потребую.

Ахель окинул взглядом площадь и направился к бутылке с вином, чтобы наполнить стоящий рядом стакан.