Книга Спасая Винсента, страница 146 – Джоан Фернандес

— Как дела с финансами? – Голос Коэна заставил ее вздрогнуть. Выходит, он не спал, а ждал возможности завести эту беседу. Она все никак не могла привыкнуть к его вмешательству в ее денежные дела.

— С тех пор как мы начали платить за обучение Винсента, расходы возросли.

— Зря ты спонсировала переезд Вил.

— Оно того стоило. Винсент одобрил бы мой поступок, – отрезала Йо. Образ Вил в светлой палате психиатрической лечебницы в Эрмело согревал душу. Свекровь принесла из дома золовки нарядное розовое покрывало и застелила им изножье кровати. Вместе они украсили подушками два строгих кресла у высокого окна, выходящего в сад. Вил по-прежнему оставалась безучастной, но Йо не теряла надежды. По иронии судьбы, именно продажа «Спальни в Арле» за пятьсот гульденов покрыла расходы на переезд Вил. Каждый гульден был потрачен не зря.

— Важно откладывать на непредвиденные расходы, – проворчал Коэн у нее за спиной.

Она сдержала готовый сорваться ответ. Вероятно, эти замечания были его способом участвовать в ее финансовых решениях. В посторонней помощи она не нуждалась.

К тому же она не ставила Коэна в известность обо всех счетах. Один из них она намеревалась скрывать от него еще какое-то время.

«Доктор Поль Гаше» – вывела она на чеке. Они виделись всего несколько раз, но бывший врач Винсента из Овер-сюр-Уаза продолжал переписку. В прошлом месяце он сообщил, что истекает пятнадцатилетний срок аренды участка, где покоится Винсент. Врач предложил ей выкупить новое место не только для могилы Винсента, но и для Тео, намекнув, что однажды братья могли бы лежать рядом. Хотя могила Тео в Утрехте находилась ближе к Бюссюму, идея пришлась ей по душе. Казалось правильным, чтобы тесная связь, объединявшая братьев при жизни, сохранялась и после смерти. Она не знала, когда и как, но была полна решимости однажды перенести прах Тео к Винсенту.

Коэн издал сдавленный звук, безуспешно пытаясь сдержать кашель, но тот наконец прорвался наружу. Он поморщился, прижав руку к груди.

— Я попрошу Марту позвать врача.

Спускаясь по коридору в поисках служанки, Йо ощутила небывалую решимость. Терять время было бессмысленно. Ей необходима была эта музейная выставка. Ей нужно было, чтобы спрос на работы Винсента рос, давая ей возможность поднимать цены.

Цель была так близка. Настал подходящий момент для Стеделейка. И она не могла его упустить.

Однако планам не суждено было сбыться. Неделю спустя Виллем Стенхофф приехал в Бюссюм, чтобы сообщить ей об этом лично. Сидя на краю плетеного кресла в ее кабинете, он с недоумением качал головой, пока его нетронутая чашка чая постепенно остывала.

— Все решил один член правления, Ян Сикс. Он беспощадно выступил против Винсента, заявил, что, по данным из надежных источников, его работы очень переоценены. Мол, вы взвинчиваете цены, как во времена тюльпанной лихорадки.

— Какая нелепость! – возразила Йо. Каждый голландец с детства знает о тюльпанной лихорадке: в XVII веке цены на луковицы взлетели до небес, люди продавали имущество, чтобы их купить, некоторые даже расплачивались тюльпанами за дома. – Уверяю вас, господин Стенхофф, никто не спекулирует картинами Винсента.

— Господин Сикс утверждает, что вы назначаете все более высокие цены, в то время как на юге Голландии его работы уходят за гроши.