Книга Спасая Винсента, страница 144 – Джоан Фернандес

Во взгляде врача мелькнула жалость.

— Меврау, прошу вас. Личные вещи у нас под запретом.

— Но это может помочь ее выздоровлению…

— Это никак не поможет.

Йо коснулась волос Вил.

— Вы не понимаете! Вил очень чувствительна…

— Вы врач?

— Что? Н-нет, но для Вил картина…

— Я уже дал вам все разъяснения. – Он вскинул подбородок. – Это лечебное учреждение, а не гостиница. Никаких личных вещей. Мы не можем поощрять воровство.

Йо сжала кулаки.

— Я бы сама впала в депрессию в такой комнате…

Глаза врача сверкнули раздражением.

— Время посещений истекает через тридцать минут. Советую вам посвятить их… визиту. – Резко развернувшись, он вышел из палаты.

Дверь захлопнулась, а Йо застыла в немой ярости, сжав кулаки до белизны в костяшках. Как он смеет так с ней разговаривать? Она смахнула предательскую слезу. Врач понятия не имел, какую целебную силу таит в себе картина Винсента и что ее свет способен пробиться даже в самую глубь отчаяния, куда укрылась Вил.

— Я вызволю тебя отсюда, – пообещала она золовке. Снова придвинув стул, Йо села на край и взяла ее руки в свои. – Дорогая, ты должна поправиться.

А если нет? Что, если врач прав и в свои сорок лет Вил потребуется долгий, пожизненный уход? У свекрови нет денег, а на помощь ее сестер рассчитывать не приходилось.

Йо расправила плечи. Все зависело от нее.

Придется продать какую-нибудь из картин. Нет, не одну – столько, сколько потребуется, чтобы обеспечить Вил всем необходимым. Сквозь пелену слез черты золовки поплыли и исказились. Конечно. Йо снова обвела взглядом пустые стены.

— Ты обязательно выберешься отсюда, – прошептала она, нежно сжимая безжизненные запястья Вил. – Мы найдем тебе другое место. Винсент не оставит тебя.

Коэн прокашлялся, и его лицо исказилось от боли.

— О-ох! – простонал он.

Он полулежал на диване, закутанный в одеяла с головой, а перед ним пылал камин, натопивший комнату так, что Йо сидела за столом в одной блузке.

— Ты не дыши так глубоко, дорогой, – посоветовала она, не поднимая глаз. Почтальон должен был вот-вот прийти, и она торопилась закончить письмо – его надо было обязательно отправить.

Следующие несколько минут в комнате раздавались лишь два звука: скрип пера Йо и свистящее дыхание Коэна. Затем он с усилием приподнялся и уставился на жену.

— На этот раз ты замахнулась слишком высоко: шутка ли – покорить Стеделейк-музей, – проворчал он.

Не отрываясь от письма, Йо парировала:

— Мениер Стенхофф – мой друг.

— Не заставляй его рисковать репутацией.

— Я этого и не делаю.

— Его только что назначили заместителем директора Рейксмюсеума…

— Я знаю.

— Не стоит на него давить…

— Честное слово, Коэн! Ты становишься невыносим! – вспылила Йо, но все же отложила перо. – Виллем Стенхофф лично говорил мне, что восхищается Винсентом. Просить его о выставке в Стеделейке не самонадеянность. Винсент заслуживает этого. Поддержка Стенхоффа все решит. Я в этом уверена.

— А ты не сомневаешься? Винсент действительно соответствует такому уровню?

Обычно она не искала посторонней помощи, но Стеделейк был исключением. Йо умолчала о том, что уже обращалась в музей шесть лет назад и получила отказ. Коэн стал бы апеллировать к логике, тогда как ею двигала интуиция. Тот давний отказ выставочного комитета Стеделейка запустил роковую цепь событий: ссору с Рольфом, изгнание из Парижа, сотрудничество с Леклерком и в конечном счете его гибель. Она не была суеверной, но одна мысль о Стеделейке вызывала у нее тревогу. Казалось, само ее стремление выставиться там могло стать дурной приметой, способной разрушить все надежды. И тогда Йо вновь упустит заветный шанс.