Книга Спайдер и Сторми, страница 203 – Келси Кингсли

Мы остановились, и Солджер жестом указал на скамейку, без слов предлагая мне сесть. Я послушался, и он опустился рядом.

— Я не могу сказать тебе, что делать, Чарли. Но если я правильно догадываюсь, Сторми для тебя очень важна — так же, как Рейн для меня. И я думаю, Сторми заслуживает услышать это от тебя, прежде чем она начнёт гуглить твоё имя, потому что, готов поспорить, там всё есть, если она копнёт достаточно глубоко.

На самом деле ей даже не пришлось бы особо копаться, но я этого не сказал. Солджер был слишком увлечён своей мыслью, и я решил дать ему договорить.

— Мы во многом похожи, — повторил он. — Я долго винил себя за то, что случилось. Но только когда рассказал об этом своему другу Гарри и Рэй и принял их поддержку, понял, что это не была полностью моя вина. Я отсидел за то, в чём действительно был виноват, но я не заставлял Билли принимать ту чёртову таблетку. Это было его решение. Это была его вина, и он расплачивается за это уже почти двадцать лет.

«Билли».

Я проследил за взглядом Солджера к надгробию напротив и увидел высеченные на граните слова «УИЛЬЯМ «БИЛЛИ» ПОРТЕР». Год его рождения говорил о том, что он был ровесником Сторми. Судя по словам Солджера, он умер от передозировки наркотиков — так же, как и Билли, старый друг Сторми, который втянул её в употребление наркотиков. Тот самый друг, который трахал её и погиб, приняв наркотики, которые ему дал его друг-наркоторговец.

«Охренеть. Этим наркоторговцем был Солджер».

— Я творил вещи, которыми не горжусь, — тихо сказал Солджер, словно читая мои мысли. — У меня были свои причины, и тогда они казались разумными, но я был глупым, отчаянным подростком. Сейчас я понимаю больше и не принял бы те же решения, если бы мог всё переиграть. Вот в чём мы отличаемся, Чарли. Всё, что случилось с тобой… ни в чём из этого не было твоей вины. У тебя на руках кровь, как и у меня, но ты ни в чём не виноват. Она не станет осуждать тебя за это.

— Я сам себя осуждаю! — воскликнул я, и мой голос нарушил тишину. — Я не должен был ни с кем знакомиться. Не должен был привязываться. Не должен был быть счастливым. Я должен был просто жить своей жалкой жизнью и сожалеть о том, что сделал. Этого, — я махнул рукой в сторону, где, как мне казалось, находился дом Криса и Барбары, — никогда не должно было случиться.

Солджер даже не вздрогнул от моей внезапной вспышки. Но он повернулся и посмотрел на меня взглядом, полным сочувствия и понимания.

— И всё же ты здесь.

Я резко откинулся на скамейку, холод камня проникал сквозь куртку к позвоночнику.

— Я не хочу ей рассказывать, — впервые вслух признался я.

— Знаю. Но если честно, думаю, ты больше боишься заново пережить всё это, чем её реакции. Думаю, именно от этого ты бежишь, Чарли. Не от того, что она может подумать, а от того, что ты уже думаешь. И позволь сказать тебе кое-что: ты никогда не исцелишься, пока не столкнёшься с этой херней лицом к лицу. Ты никогда не обретёшь покой — никто не обретёт. Люк никогда не найдёт покоя, тот парень, который напал на тебя, тоже не найдёт, и, если ты не можешь двигаться вперёд ради себя, сделай это ради них. Расскажи Сторми эту часть своей истории, потому что, нравится тебе это или нет, это часть тебя. Ты не можешь вернуть прошлое, не можешь стереть его, но можешь научиться принимать. И я говорю тебе это по собственному опыту: Сторми может помочь тебе в этом, если ты просто дашь ей шанс попробовать.