Книга Спайдер и Сторми, страница 1 – Келси Кингсли

Название: «Спайдер и Сторми»

Автор: Келси Кингсли

Вне серии

Переводчик: Дмитрий С.

Редактор: Екатерина Л.

Вычитка: Екатерина Л.

Обложка: POISON PRINCESS

Переведено для группы: https://vk.com/bookhours https://t.me/bookhours_world

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Это для меня.

Я знаю, почему.

ПИСЬМО ОТ АВТОРА

Дорогой читатель,

Окей… *делаю глубокий вдох*... пристегнитесь.

Думаю, это самое справедливое предупреждение, которое я могу дать для этой книги.

Видите ли, дело в том, что, по-моему, что-то во мне изменилось, когда я написала «Спасение Рейн». Не поймите меня неправильно — я люблю каждую книгу, которую когда-либо писала, но в этой книге было что-то особенное. Она пропустила моё сердце через блендер и заставила истекать кровью. «Синий Воин» проделал это со мной много лет назад, но я подумала, что это какая-то аномалия. Книга «Спасение Рейн» доказало ошибочность этой теории, и тогда решила, что хочу писать только те книги, которые делают меня другой, чем я была до того, как они появились. Я хочу быть потрясённой. Хочу испытывать книжное похмелье от своих собственных историй.

Так родился Чарли Корбин.

Боже, Чарли Корбин...

Мой зловещий паук...

Такой неверно понимаемый. Такой разбитый трагедиями и травмами, которые жизнь подбрасывала ему снова и снова. Думаю, в каждом из нас есть частичка Чарли, но в нём есть большая часть меня, и он разбил моё сердце на тысячу осколков. Его «Долго и счастливо» вылечило меня, но, думаю, после этого я всегда буду немного сломлена.

И вот оно. Это ваше предупреждение.

Как я уже сказала, пристегнитесь.

— Келси

МАССАЧУСЕТС, НАШИ ДНИ

Однажды я прочитал, что паук не может запутаться в собственной паутине.

Это было как-то связано с тем, что пауки были знакомы со своей работой и знали, где они разложили липкое дерьмо, чтобы заманить жертву в ловушку. По-видимому, вопреки распространённому мнению, не вся паутина целиком была липкой, а только отдельные нити, и паук обладал удивительной способностью запоминать, где он проложил липкие.

Понимаю. У меня тоже снесло крышу.

И всё же, даже зная это, я смотрел, как эта тварь — чёрная вдова — скользит вдоль тонкой серебристой линии, поблёскивая в лучах света, падающего от ближайшего фонарного столба, и мне стало интересно, сколько пауков просто... забыли, куда они положили это липкое вещество. Как часто они сбивались с пути? Как часто у них было слишком много забот, они шли по одной из этих тонких шёлковых нитей и — чёрт возьми! — попадали прямо в свою собственную ловушку и становились пиршеством для кого-то другого, может быть, даже для одного из себе подобных?

По кладбищу пронёсся прохладный порыв ветра, зашелестев оставшимися листьями над головой, всё ещё цеплявшимися за ветви тёмных от ночи деревьев. Асимметричная, запутанная паутина чёрной вдовы, опустившаяся к земле и натянутая между ножками мемориальной скамьи на семейном участке, покачивалась в такт ветру. Она крепко держалась, не позволяя себе сдвинуться ни на дюйм, пока не прекратился перерыв в её работе.

Чёрная вдова — существо одинокое. Её боялись и часто неправильно понимали из-за ядовитости, но её единственным истинным желанием было не терроризировать, а просто жить своей жизнью и выполнять свою работу.