Книга Пока не высохнет земля, страница 155 – Фернандо Х. Муньес

— Настало, – согласился Исидро.

На миг он перевел взгляд на Пятую: ее вид его тревожил. Она походила на такую зиму, когда никакая одежда не спасет от лютого холода. Дикарка смотрела на дона Орасио и криво усмехнулась ему, достав – вот сукина дочь! – его трубку и почесав ею тыльную сторону левой руки. Уловивший тонкую иронию солдат – он-то не мог больше почесать эту руку – поджал губы и жестом дал управляющей понять, что желает отправить ее в ад. Та даже не изменилась в лице. Дон Феликс отнесся к этой сцене довольно безразлично и сосредоточился на разговоре Исидро и доньи Ирии.

— Послушайте, дон Исидро, вы отняли у меня полжизни. Мне не нравитесь ни вы сами, ни люди, не гнушающиеся насилия ради достижения своих целей. Я не считаю вас хорошим человеком и не доверяю вам. Мы оба понимаем, что вы не признаете, что случилось в Ас-Айрасе. Сперва мне хотелось добиться вашего повешенья или отправки на каторгу. – Исидро сделал нетерпеливый жест, досадуя, что разговор начался не лучшим для него образом. Но иного и не стоило ожидать: она знает, что он в ответе за пожар и гибель ее родных, потому он и не надеялся, что его примут с распростертыми объятьями. – Но мои чувства к вам уже не имеют значения. Я не желаю продолжения борьбы, но мне нужны гарантии того, что наши распри останутся в прошлом. Мой племянник поправился, имение я, как вам известно, собираюсь восстановить и хочу добиться мира между нашими семьями. К тому же ваш сын женат на моей племяннице Баси, и, наконец, я не желаю делить кров с толпой людей, нанятых для охраны дома; полагаю, что и вы тоже.

— Правильно полагаете, – ответил он, отметив про себя, что хозяйке неизвестно, что произошло в Мадриде между его сыном и ее племянницей. Надо было признать, что гордость снохи его удивила. Она не рассказала родным в Галисии о своих бедах. – Что вы предлагаете?

— Я предлагаю следующее: вы оплатите восстановление имения и продадите мне шахту Наседейро. Также вы пообещаете, что больше не будете разрабатывать новые месторождения на наших землях, а я дам вам слово, что в случае, если этим захочет заняться кто-то другой, мы отдадим предпочтение вам. В обмен на это мы не станем ничего сообщать властям о ваших действиях в шахте и ваших людей – в имении. И, наконец, мы не станем искать возмездия за случившееся.

Исидро взглянул на нее. Кажется, это окончательное предложение, но, если он заплатит за восстановление имения, его смогут впоследствии обвинить в том, что он имел отношение к пожару: это стало бы молчаливым признанием вины. Вдобавок, хотя серебро в шахте скоро иссякнет, угля хватит еще на два года добычи.

— Я готов оплатить восстановление Ас-Айраса при условии, что будет четко обозначено, что я помогаю Кастронавеа лишь потому, что мы родственники. Мне потребуется от вас, скажем, письмецо с соответствующей просьбой. Если вы выполните это условие, можете на меня рассчитывать. Что касается шахты, я согласен: если вы хотите ее получить, я продам ее вам через три года.

— Мы можем дать вам один год, – встрял дон Андре.

— Это очень короткий срок.

— Мы оба знаем, что с продажи шахты вы оплатите восстановление всего имения, и у вас останется излишек, – возразила донья Ирия. – Так что позвольте мне получить какую-то прибыль от шахты, раз уж она находится на моих землях, а мы с вами родственники.