Книга Пока не высохнет земля, страница 129 – Фернандо Х. Муньес

Но, несмотря на то, что неприятности с властями ему уже не грозили, Исидро спал вполглаза с тех пор, как домой вернулся еле живой дон Орасио с помертвевшим от ужаса лицом. Он стал одержим своей безопасностью и безопасностью жены. По совету дона Орасио он нанял дона Феликса де Монтекастро – полковника в годах, крепкого, как корни можжевельника, с исполнительностью наемника, свойственными военному его звания чинными манерами, огромными вощеными усами и густыми бакенбардами. С первого взгляда было ясно, что все его принципы состоят на службе у его кошелька. «Ни о чем не беспокойтесь, дон Исидро, – сказал он, приглаживая усы. – Ни один человек с дурными намерениями не переступит порога вашего дома». Исидро не стал подробно объяснять причину, по которой потребовались его услуги. Дон Феликс, вышагивающий по его особняку, как по плацу, казалось, держал ситуацию под контролем.

Но Исидро не слишком верил в это. Дон Орасио разделял его опасения: это теперь был совсем другой человек, перепуганный до полусмерти. Он говорил, что во снах его преследует смех той женщины, черный пес, пожирающий его руку, и дикий, безумный взгляд уроженки преисподней. Казалось, ужас захватил его душу, и жуткий страх гложет его изнутри. Дон Феликс, знавший дона Орасио еще во время войны, не переставал удивляться, почему такого жесткого человека по ночам пробивает пот. «Я должен убить эту тварь, дон Исидро, иначе не знать мне покоя», – сказал дон Орасио, белее мела в лунном свете. Поэтому все последние недели Исидро провел в опасении, что они с женой столкнутся с этой проклятой бесноватой на улицах Понферрады. Теперь они сходили с ума от страха, едва увидев неплотно прикрытую дверь или заметив дрогнувшую на ветру оконную створку. Нарастающее напряжение, беспокойство из-за возможных неприятностей с властями и присутствие чужих людей в доме вбили клин между Исидро и Корделией. «Это не жизнь! – кричала изнервничавшаяся Корделия. – Твоя шахта приносит нам сказочные доходы, но какой ценой? Мы потеряли сына, дон Орасио едва не расстался с жизнью, а мы с тобой скоро окончательно рехнемся. Я отказываюсь бояться собственной тени, и тебе тоже не следует. Разберись с этим».

Он понимал, что супруга права. Именно поэтому сейчас в его кабинете собрались дон Орасио, который сидел в кресле с перевязанной культей, и дон Феликс, который курил гаванскую сигару, стоя у высокого окна и глядя на дождь. Исидро созвал их, чтобы наконец покончить с этим.

— Господа, мне нужно знать, кто нам угрожает, – сказал дон Феликс. – Я понимаю, что по неизвестной мне причине вы не хотите сообщать мне детали того, что ваши враги сотворили с доном Орасио и его людьми, и я уважаю ваше решение. Но пришло время сказать, с кем мы имеем дело.

— С одной галисийской семьей, полковник, – ответил Исидро. – Кастронавеа. Достаточно сказать, что они точат на меня зуб с тех пор, как я открыл угольную шахту на их земле. Они уже давно суют нос в мои дела. Я пытался найти мирное решение и избежать ссоры, уладить все по-хорошему, но патриарх семьи, дон Доситеу, отказался идти мне навстречу. Он не отступился, пока не разнюхал кое-что: попади эта информация в руки властей, у меня были бы крупные неприятности. Я счел себя обязанным защитить себя и своих людей – отсюда и пожар, о котором вам говорил дон Орасио.