Книга ЗАТО: город забвения, страница 24 – Лена Обухова

Камера дрогнула, резко сместившись, как если бы державший ее человек быстро повернулся, но ничего толкового в кадр так и не попало, а потом запись и вовсе прервалась, успев запечатлеть только испуганные возгласы и топот торопливых шагов.

Макаров для верности пересмотрел запись дважды и только потом вернул смартфон Громовой.

— Я правильно понимаю, что съемку вел ваш брат?

— Да.

— А что за ребята с ним? Они тоже пропали?

— Я понятия не имею, кто они, — довольно спокойно, даже немного равнодушно призналась Громова. — Увидела их в первый раз на этой записи. Но это нормально: у моего брата всегда был огромный круг общения, никто из нас не знал всех его друзей. Он все время сидел в каких-то группах и чатах, легко заводил знакомства, находил попутчиков, порой тусил с людьми, имена которых и сам потом не мог назвать. С девушками было то же самое: он легко знакомился, легко заводил отношения и так же легко их потом прекращал.

— А чем он вообще занимался по жизни? — заинтересовался Макаров. — Кроме тусовок с малознакомыми людьми?

— Да в общем-то ничем… — Громова криво усмехнулась, бросив на него быстрый взгляд исподлобья. — Институт он не закончил, от армии его родители «отмазали». Время от времени отец выгонял его на какую-нибудь работу, которую сам же ему и находил, пару месяцев Илья на ней держался, а потом опять уходил в загул. Куда-нибудь уезжал с очередной пассией или компанией. Ему всегда нравилось путешествовать. Вот по таким местам, — она обвела помещение взглядом, — в том числе.

— Я так понимаю, недостатка в средствах он не испытывал, — хмыкнул Макаров.

Громова снова посмотрела на него исподлобья, но на этот раз взгляд был более долгим.

— Вот только не думайте, что мы с ним с золотой ложкой во рту родились. Когда на свет появилась я, мои родители вообще жили очень небогато. Если не сказать — бедно. К рождению Ильи уже стало получше, но мы все равно не шиковали. Он просто вырос в убеждении, что деньги — это не главное, что жить ради их зарабатывания — очень скучно. Конечно, он мог себе позволить такую философию, поскольку никогда не стеснялся тянуть деньги с родителей. Те ему всегда их давали, а мне потом приходилось затыкать финансовые дыры в семейном бюджете. Он и у меня деньги выпрашивал, но я очень быстро перестала давать. Возможно, он занимал и у своих многочисленных друзей-приятелей или просто столовался за их счет… Не знаю, как-то он всегда что-то находил. Жил то у родителей, то у подружек, обзавестись своим жильем не стремился. Машины своей у него не было, но он всегда находил тех, кто мог взять его в путешествие с собой. В поездках ему не было дела до комфорта, лишь бы куда-то ехать. А еще эта его легкость в общении и веселый нрав… Такие люди всегда находят тех, кто готов за них заплатить.

Макаров понимающе кивнул. Таких персонажей он тоже встречал. Чаще почему-то не в жизни, а в криминальных сводках.

— Илья часто говорил мне, что я неправильно живу, — задумчиво добавила Громова, уже не глядя на него, а сосредоточившись на содержимом кружки. — Мол, работаю много и жизни не вижу, так вся жизнь и пройдет. Критиковал мой выбор мест для отдыха. Я, видите ли, предпочитаю или скучные туры по городам с ночевками в удобных отелях, или вовсе расслабляющий отдых на пляже с вкусной едой и развлечениями. В свою очередь я пыталась убедить его, что шарахаться по таким местам не пойми с кем — это опасно. Он только смеялся и называл меня трусихой. Говорил, что я боюсь жить на полную катушку, что провожу жизнь на «ручнике». А я просто всегда стремилась к стабильности, обеспеченности и безопасности.