Книга Правда без лицензии, страница 185 – Ксения Кирина

К поездке за покупками аксиомант, естественно, не присоединился, лишь попросил уведомить его заранее, какова будет цветовая гамма наряда сопровождающей его дамы. А ещё он попутно дал очень полезный совет: в процессе шитья воспользоваться помощью л’утэ.

— Я могу принести к вам в помощь Понтика, — предложил он.

— Два ежа, один из которых подушечка для иголок, и чудна́я книжка сошьют платье для прекрасной незнакомки. Звучит так сказочно, ситуайен Круадевер, — весело сказала Медея.

— Сказки иногда становятся Правдой, мадам Альфир.

Понтика он принёс к вечеру вместе с пустой фигуркой но’дьюл и шёпотом сообщил Бьен, что изученный в Сантуаре силуэт изгнан в Стужу.

— Это был куирп. Я рассказал своим коллегам об обстоятельствах его поимки — не волнуйтесь, ваше участие пропустил. Особенность силуэта заключалась в чернильной оболочке. Конрад Альфир, сам того не зная, разъяснил процесс создания силуэтов. Чертёжник соединил обыкновенные чернила с этчетамией, возбуждающим средством, добавил собственную кровь, колдовство и получил потрясающий результат: жалкие кривляющиеся картинки сошли с бумаги. Но поначалу они, как и любые черти, были бесформенными пятнами, способными только ползать.

— Как черти из станка, — сказала Бьен.

— Да. Уплотнить оболочку силуэта Дессин не мог — или не хотел — и потому пошёл другим путём: резче очертил контуры, а для удобства придал силуэту форму человеческой фигуры. Своей фигуры. Вы говорили, что тень, напавшая на ситуайена Рузэ, была похожа на человеческую и у неё были руки. Так? Для создания личины нужно лицо, с которого снимается слепок. Для сотворения каждого силуэта необходим подлинник — тень, принадлежащая живому человеку.

Бьен прижала ладони к щекам.

— Но как можно украсть тень?

— С помощью колдовства, конечно.

— Ох… Теперь придётся ещё и оглядываться на прогулке, чтобы тень не стащили.

— Не тревожьтесь, ситуайена Грандин. Погода на следующей неделе будет слишком солнечная для того, чтобы можно было так искажать Правду посреди улицы. А при пасмурном небе тени нет совсем, красть нечего.

— Да и гулять особенно некогда. Надо готовиться к балу.

Остаток выходных Грандины (а вместе с ними и Медея) посвятили домашним хлопотам — уборка, стирка, готовка… Шитьё почти полностью было вверено л’утэ, и те, ведя между собой какие-то разговоры, сновали по расстеленной ткани туда-сюда (Лу веритарчесса переселила в но’дьюл, чтобы у неё появились лапки). Мадам Катрина беспокоилась, что ёжики коготками наделают затяжек на материи, но потом сама увидела, что всё в порядке, расслабилась и ушла заводить тесто на пирожки.

Неделя до бала выдалась солнечной, оправдывая приближение праздника Вешнего Тепла. Растаяли последние остатки снега, высохла грязь, и из земли показалась первая молоденькая трава. На деревьях и кустарниках набухли почки, а кое-где уже появились и даже начали раскрываться первые бутоны.

Весна уверенно вступила в свои права, радуя глаз яркими красками и лаская тёплым ветерком. Всё чаще горожане открывали окна настежь, впуская в квартиры её дуновение.

В понедельник с раннего утра в офис веритарчеров явился Густав и вручил Бьен «Шапо Клячку».

— Что такое? — удивилась девушка.

— Посмотрите, в самом внизу, — ответил аксиомант.