Книга Отвергнутая целительница. Ошибка драконьего лорда, страница 87 – Ангелина Сантос

Но Рейнар был жив.

Я была жива.

Мой дом стоял.

И впервые за три года истинная связь в груди не болела как рана.

Она грела.

Осторожно.

Не требуя.

Не забирая свободу.

Просто напоминая: иногда исцеление начинается не там, где исчезает шрам.

А там, где ты больше не позволяешь ему управлять твоей рукой.

Через год после пожара в Истхейвене столица снова пахла снегом, дорогими духами и властью.

Разница была в том, что теперь я больше не боялась этого запаха.

Я стояла у высокого окна Королевской Академии Целителей и смотрела, как над городом медленно кружат драконы дворцовой стражи. Черные, бронзовые, серебристые, огненно-рыжие — они рассекали зимнее небо так легко, будто мир никогда не пытался ломать тех, кто не умел летать.

На площади перед Академией шумели люди. Студенты в серо-белых мантиях спешили на занятия. Младшие целители тащили корзины с травами. Две наставницы спорили у входа о том, можно ли допускать боевых магов к лекциям по восстановлению тканей, если те снова попытаются назвать это «мелкой вспомогательной практикой». У ворот стояла карета с гербом северного наместника — привезли нового ученика с редким даром.

А над главным входом блестела новая вывеска:

КОРОЛЕВСКАЯ АКАДЕМИЯ ЦЕЛИТЕЛЕЙ

Ректор — Адель Вейра-Эссар

Я до сих пор иногда смотрела на эту надпись и думала, что Берта права: некоторые счета судьбе надо выставлять не деньгами, а должностью.

Дворец драконов виднелся вдали, за белыми крышами и острыми шпилями. Тот самый дворец, из которого я когда-то ушла ночью, в чужой шали, с разорванной связью и кровью на ладонях.

Теперь я входила туда через главный зал.

Не как целительница при службе.

Не как чья-то слабость.

Как глава Академии, член королевского Совета магического здоровья и женщина, чье слово могло остановить военную экспедицию, если целители не были готовы.

Это раздражало половину старых лордов.

Вторая половина уже лечилась у моих выпускников и раздражалась молча.

Очень полезная реформа.

— Ты опять стоишь у окна так, будто решаешь судьбу королевства.

Голос Рейнара прозвучал за спиной низко и тепло.

Я не обернулась сразу.

— А если решаю?

— Тогда королевству повезло.

— Лесть с утра? Подозрительно.

— Опыт брака научил меня начинать день с безопасных решений.

Я улыбнулась.

Тихо.

Не для него даже — для себя.

Год назад я бы не поверила, что смогу улыбаться от его голоса без боли. Что связь в груди станет не ожогом, не цепью, не напоминанием о зале и разрыве, а ровным теплом, которое просыпается раньше меня.

Рейнар подошел со спины и остановился рядом.

Не коснулся.

Сначала — нет.

Всегда давал мне этот миг выбора.

Даже спустя год.

Особенно спустя год.

Я сама взяла его руку и положила себе на живот.

Только тогда он выдохнул — так бережно, будто каждый раз боялся, что я передумаю позволять ему это счастье.

Под моей ладонью его пальцы дрогнули.

— Он сегодня спокойный, — сказала я.

— Она.

— Вы снова начинаете?

— Я не начинаю. Я уверен.

— В прошлый раз вы были уверены, что сможете провести заседание Совета без спора с лордом Мальгаром. Итог — три треснувших бокала и один седой писарь.

— Бокалы были некачественные.

— Писарь тоже?

— Писарь слаб духом.

Я рассмеялась.

Рейнар наклонился и поцеловал меня в висок.

Очень осторожно.