Книга Ненужная запасная жена драконьего канцлера, страница 11 – Юлий Люцифер

Не “осторожнее в выражениях”.

Не “моя жена не временная мера”.

Ваши предложения.

Я медленно сжала пальцы левой руки, чтобы не сжать правую. Браслет и так грелся.

Драммонт ответил не сразу. Он умел делать паузы такими, что люди сами додумывали нужное.

— Проверка печатей. Обновление состава мастеров. И закрытое обсуждение брачного статуса дома Тальгард, если текущая система стабилизации продолжит слабеть.

Вот так.

Не развод. Еще нет.

Только закрытое обсуждение.

Только если продолжит слабеть.

Только ради города.

Ножи при дворе редко доставали из ножен. Здесь предпочитали бумагу.

Я почувствовала взгляд Эйрана.

Не повернулась.

Если он хотел увидеть, как я принимаю это, пусть смотрит на прямую спину. На ровные плечи. На жену, которая стояла рядом и знала свое место так хорошо, что никто не заметил, как это место с каждым годом становилось уже.

Заседание продолжалось.

Обсуждали мосты, пошлины, северных купцов, жалобы ремесленников. Я отвечала, когда ко мне обращались по хозяйственным вопросам дома. В нужных местах подавала Эйрану документы. Отмечала в памяти, кто поддержал Драммонта молчанием, кто опустил глаза, кто позволил себе маленькую довольную улыбку.

К концу второго часа я знала: разговор о браке уже начался.

Просто меня пока не пригласили в него как человека.

После совета ко мне подошла леди Аурика Сольвейн, тетка Виверны. Полная женщина в фиолетовом шелке, с жемчугом в волосах и лицом, которое могло казаться добрым, если не слушать слова.

— Дорогая Сэйра, вы сегодня держались с большим достоинством.

— Благодарю, леди Аурика.

Она коснулась моего локтя кончиками пальцев.

— Не каждая женщина способна так спокойно принимать перемены. Это редкое качество.

Перемены.

— Какие перемены вы имеете в виду?

Ее улыбка стала мягче.

— О, дитя, двор всегда меняется. Главное — не цепляться за то, что было дано нам на время.

Я посмотрела на ее пальцы на своем рукаве.

Она убрала руку.

— Разумеется, дом Сольвейн всегда будет благодарен вам за то, что вы поддержали канцлера в трудные годы.

Поддержала.

Не спасала. Не лечила. Не горела.

Поддержала.

— Ваша благодарность очень щедра, — сказала я.

Леди Аурика не сразу поняла, была ли это насмешка. Потом решила, что не стоит проверять, и отошла к своим.

У выхода меня догнал Тавин Тальгард.

Он был младше Эйрана, но похожесть между ними угадывалась в линии скул и серо-золотом взгляде. Только Тавин был живее. В нем не было этой неподвижной канцлерской собранности. Он двигался резко, говорил прямо и часто выглядел так, будто придворный воздух ему мешает дышать.

— Сэйра.

Я остановилась.

— Лорд Тальгард.

Он поморщился.

— Не начинай. Когда ты называешь меня лордом Тальгардом, мне хочется проверить, не умер ли я и не оказался ли на семейном портрете.

Я почти улыбнулась.

Почти.

— Что-то случилось?

Веселье ушло с его лица.

— То, что сказал Драммонт...

— Было сказано не случайно.

— Да.

Он оглянулся. В коридоре было достаточно людей, чтобы любое слово стало слухом к вечеру.

— Эйран не должен был позволять ему говорить так.

Я посмотрела на него внимательно.

— Но позволил.

Тавин сжал челюсть.

— Он думает о башнях.

— Все думают о башнях.

— Я не оправдываю его.

— Нет, — сказала я. — Вы просто объясняете.

Он принял это без обиды. Может, потому что заслужил.