Книга Развод с драконом, или попаданка в теле истинной, страница 65 – Настя Савельева

В самом центре этого железного моря, на громадном вороном коне, возвышается Эонис.

Даже сквозь пелену утреннего тумана я вижу его лицо. Вижу эту знакомую с детства, леденящую душу полуулыбку человека, внутри которого не осталось ничего живого. По обе стороны от него гарцуют маги в поглощающих свет мантиях. Их руки вскинуты к небесам, стягивая рубиновые нити разрушительной энергии.

— Первая линия — к бойницам! — ревет начальник стражи. — Лучники!

Наш ответный залп со свистом уходит в бледное небо. Стрелы смертоносной дугой обрушиваются на наступающих. Звенят пробитые доспехи, слышатся первые крики, строй на секунду ломается... и тут же смыкается вновь, перешагивая через павших.

Они прекрасно знают, что это марш смерти. И всё равно идут.

— Игнар!

Голос Линды врывается в мое сознание по магической связи, резкий и сорванный от паники.

— Что?!

— Западная стена! Там... защита пробита!

Резко оборачиваюсь. На западном фланге, там, где древняя кладка дала слабину еще в прошлую зиму, чужеродный багровый свет вкручивается в наш синий купол, словно раскаленное сверло. Пронзительный визг рвущейся магии, и защита лопается, осыпаясь стеклянной пылью. Маги Эониса нашли уязвимость.

— Держать брешь! — мой рык разносится над двором. Я уже бегу туда, перепрыгивая через ступени по три за раз. — Я сам!

Западная стена встречает меня металлическим лязгом, криками боли и запахом свежей крови.

Враг уже здесь. Десяток закованных в сталь берсерков прорвались в пролом, безжалостно тесня моих людей. Я обнажаю меч, и в ту же секунду сдерживаемый внутри зверь срывается с цепи.

Мощный рывок, и мой клинок с хрустом рассекает ключицу первого нападающего. Второй, третий... Я перестаю быть полководцем, превращаясь в чистый инстинкт. Руки работают сами собой, клинок поет страшную песню. Я чувствую, как теплая кровь брызжет на лицо, как стоны умирающих сливаются в один сплошной, оглушающий гул.

Но их становится только больше.

Они карабкаются по осадным лестницам, лезут по веревкам с остервенением обреченных. Я ловлю их взгляды — молодые, искаженные страхом и злобой. Этим парням не нужна моя смерть. Им нужен только приказ их безумного лорда.

— Отступаем к центральной башне! — в панике вопит кто-то из моих сержантов.

— Нет! — мой голос срывается в звериный рык. — Ни шагу назад!

Первобытная сила поднимается из самых недр души, раскаленной лавой сжигая человеческое сознание. Ослепительная вспышка боли, кости трещат, перестраиваясь, кожа вспыхивает броней непробиваемой черной чешуи. Пальцы удлиняются, выпуская смертоносные когти.

Игнар-человек растворяется в пламени.

Я — дракон.

Громадные крылья со страшным хлопком разворачиваются за спиной, потоком воздуха сметая врагов со стены, как сухие листья. Я распахиваю усеянную клыками пасть, и ревущее всепожирающее пламя вырывается наружу. Оно жадно слизывает всё на своем пути, дерево лестниц трещит и рассыпается углем, сталь доспехов плавится, крики ужаса тонут в реве огня.

Но их слишком много. И среди этого хаоса я чувствую брата.

Эонис взмывает в небо, сбрасывая человеческую оболочку. Передо мной предстает его истинный облик. Громадный, покрытый шрамами ящер. Такой же, как я, но старше. Жесточе. Насквозь прогнивший от алчности.

— Брат, — его шелестящий, насмешливый голос проникает прямо в мой мозг, царапая сознание. — Ты до сих пор истекаешь кровью ради того, что никогда не было твоим по праву.