Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 108 – Майкл Скофилд

До заката было несколько часов.

Я посмотрела на Каэла.

Он не сможет сражаться.

Не так.

Не сегодня.

Дом Рейвардов трещал. Морвен сломана, но не полезна. Совет напуган. Арквейны идут на открытый удар. Эймар знает нашу слабость. И где-то между всем этим — дети, слуги, боковые ветви, деревни, кровь, которую великие дома слишком долго считали своей собственностью.

— Лиара, — сказал Каэл.

Я уже знала, что он хочет сказать.

Не ходи.

Опасно.

Ты не обязана.

Все правильное.

Все недостаточное.

Я подняла руку, останавливая его.

— Не говорите.

Он замолчал.

Сдержался.

Даже сейчас.

Я повернулась к людям во дворе, к советникам, к Нерис, Дориану, Варрену, Тиллену. Потом посмотрела на Морвен.

— Где ближайший путь к Черной гряде?

Она медленно подняла глаза.

— Через старую дорогу пепельщиков. Но туда нельзя идти без драконьей защиты.

— У нас есть дракон, который едва стоит, и род, который слишком долго прятал голову в гербах. Придется обойтись.

— Ты не понимаешь, что там будет.

— Нет, леди Морвен. Понимаю лучше вас. Там будут последствия того, что вы называли защитой рода.

Она вздрогнула.

Я взяла сумку со стола.

— Нерис, горечавка, соль, мед, чистые иглы. Дориан, людей, которые умеют держать строй и не спорить с целительницей. Варрен, отправить гонцов в деревни: детей и больных увести подальше от дорог, всех с признаками жара — к воде, не к огню. Тиллен, мне нужны слова обряда колодцев и слабые места. Быстро.

Все начали двигаться.

Не по приказу.

По делу.

Каэл поднялся бы, если бы мог. Я видела это. Поэтому подошла к нему сама.

— Вы остаетесь.

— Нет.

— Да.

— Лиара...

— Каэл, если вы сейчас пойдете туда, Эймар получит то, что хочет: ваше Черное Пламя у открытого колодца, слабое и злое. Вы будете не защитой. Вы будете дверью.

Он сжал зубы.

— Я не могу снова отправить тебя одну.

— Вы меня не отправляете. Я иду сама.

Эти слова легли между нами как камень.

Тяжелый.

Но честный.

— Тогда я сделаю то, что могу, — сказал он.

— Что?

Он повернулся к советникам.

— Дом Рейвардов признает Лиару Вейл главной целительницей кризисного обряда до снятия угрозы. Все стражи, архивы и лекарские запасы подчиняются ее распоряжениям.

Я открыла рот.

Закрыла.

Грейн где-то сзади сказал:

— О. Наконец-то мужчина догадался дать женщине власть над тем, что она и так делает.

Дориан не выдержал и коротко рассмеялся.

Каэл смотрел только на меня.

— Не как бывшей жене, — сказал он. — Не как моей. Как Лиаре Вейл.

Я кивнула.

Один раз.

Больше сейчас нельзя было.

Иначе все внутри могло сдвинуться не вовремя.

— Тогда не умирайте, пока меня нет, — сказала я.

— Постараюсь.

— Плохо.

— Не умру.

— Лучше.

Я пошла к калитке.

За спиной шумел двор. Люди собирали воду, бинты, фонари, веревки. Стражи седлали лошадей. Нерис ругалась на Марека, который пытался взять слишком тяжелую сумку и при этом уверял, что «железо легче, чем младенцы». Дориан отдавал приказы, впервые почти без шуток. Тиллен диктовал Ярсу старые слова, тот записывал, высунув язык от усердия.

У калитки я остановилась и обернулась.

Морвен стояла одна у стола с документами. Черная, прямая, но уже не каменная. Просто женщина, которая наконец увидела, что ее решения вышли из залов и дошли до чужих детей.

— Леди Морвен, — сказала я.

Она подняла голову.

— Если хотите впервые сделать что-то полезное не ради власти, а ради людей, расскажите Тиллену все, что знаете о договоре с Арквейнами. Все. Без украшений.