Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 181 – Людмила Закалюжная

Княгиня смотрела на меня долго, изучающе. Я чувствовала, как ее взгляд буквально прощупывает меня, ища слабое место, трещину, через которую можно проникнуть в душу. Кулон пульсировал все сильнее, но я запретила себе прикасаться к нему.

— Знаете, Алиса Арсеньевна, — наконец произнесла княгиня, откидываясь на спинку кресла, — вы не похожи на девушку, которую не интересует собственное прошлое.

— Возможно, я просто хорошо научилась жить настоящим, — ответила я. — Прошлое не вернешь. А будущее… оно в наших руках.

— Красивые слова, — усмехнулась Марина Алексеевна. — Но знаете, иногда прошлое само приходит к нам. И тогда приходится с ним считаться.

Она поднялась, и я поспешно встала следом.

— Это фамильная драгоценность? — неожиданно спросила княгиня, устремив взгляд на золотую цепочку.

Внутри все оборвалось и рухнуло в ледяную пропасть. Сейчас она попросит показать ей кулон. Отказать — значит вызвать подозрения. Согласиться — рисковать всем. Но с другой стороны… Если они знали, что «Сердце Феникса» у меня, то к чему прятать кулон? Вряд ли княгиня решится причинить мне вред в своем доме, а вот после… надо быть осторожной. И возможно, одного Журина будет мало. Но… надо сделать все и сыграть в наивную дурочку. Даже если кулон у меня, это вовсе не значит, что я огненный маг.

— Да, он принадлежал маме…

— Можно взглянуть поближе? — княгиня протянула руку. — Обожаю старинные украшения, у каждой вещи своя интересная история.

Я колебалась лишь секунду. Закрыла глаза на мгновение, словно собралась прыгать со скалы.

— Конечно, ваше сиятельство. — Пальцы дрожали, когда я потянулась к верхней пуговице платья. Кулон под тканью привычно пульсировал, и это немного успокаивало. «Мы справимся, — думала я, расстегивая пуговицу.

Я достала кулон и замерла.

На моей ладони лежало совсем другое украшение. Камень, еще утром сиявший теплым золотом, теперь был темным, почти черным, как агат, лишь в глубине его мерцали едва заметные искры. Золотая оправа сменилась на серебряную… Я смотрела на него и не верила своим глазам. Тем не менее, я чувствовала, что это мой кулон.

«Почему он выглядит иначе?» — мелькнула мысль.

— Алиса Арсеньевна? — в голосе княгини послышалось нетерпение. — Позволите?

Я убрала руку и, затаив дыхание, наблюдала за лицом Марины Алексеевны, когда она коснулась камня.

«Когда он изменился? В карете? Когда мы поднимались по лестнице? Или прямо сейчас?» — мысленно проносились вопросы.

Княгиня повертела кулон, рассматривая со всех сторон, провела пальцем по тусклому серебру, заглянула в темную глубину камня.

— Прелестная вещица, — сказала наконец она. — Действительно старинная работа. Но я ожидала… — Она запнулась, и в этом коротком «ожидала» мне послышалось такое разочарование, что я едва не рассмеялась от облегчения. — Впрочем, неважно. Спасибо, что удовлетворили мое любопытство.

Кулон выскользнул из рук княгини, и я быстро спрятала его под платье. Получилось.

— Пойдемте, Алиса Арсеньевна, — княгиня направилась к двери. — Не будем заставлять гостей гадать, куда это мы запропастились.

В гостиной ничего не изменилось — те же лица, те же улыбки, та же приглушенная музыка. Но слишком многие взгляды обратились к нам, когда мы вышли из будуара. Лебедев смотрел с плохо скрываемым любопытством, отец — с беспокойством, Воронцов — с тревогой. Я поймала его взгляд и чуть заметно кивнула, давая понять, что все в порядке.