Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 163 – Людмила Закалюжная

Сейчас главное — информация. Я осторожно, словно прикасаясь к раскаленному железу, открыла папку с грифом «Секретно». Бумаги внутри пожелтели от времени, некоторые осыпались по краям, и мне приходилось переворачивать листы с величайшей осторожностью, боясь повредить хрупкую бумагу. Казни, расследования, доносы — все это было описано сухим канцелярским языком, но за каждой строчкой вставала чья-то трагедия.

Первое, что бросилось в глаза, — даты. Сто пятьдесят лет назад, восемьдесят, сорок… Донесения шли неравномерно, словно кто-то фиксировал лишь те случаи, которые считал особо важными.

Я углубилась в чтение, и чем дальше, тем холоднее становилось у меня внутри. Дела о магах огня — так это называлось в документах. Сотни имен, многие из которых я встречала в генеалогиях угасших дворянских родов. Их обвиняли в ереси, в связях с темными силами, в попытках подорвать устои государства и церкви. Магов пытали, затем наносили удар клинком из обсидиана, после… сожжение.

Читать протоколы допросов оказалось тяжелее всего. Особенно те, которые вели инквизиторы:

«Вопрос: Признаете ли вы, что принадлежите к роду, издревле практикующему огненную магию, запрещенную церковью и государством?

Ответ: Я признаю, что во мне течет кровь моего рода. Но я не причинял вреда людям.

Вопрос: Лжете. Свидетели видели, как в вашем присутствии самовозгорались свечи, а пламя в камине плясало, повинуясь вашей воле.

Ответ: Это было непроизвольно. Я не управлял огнем, он сам откликался на мои эмоции.

Вопрос: Кровь ваша — проклятие, которое необходимо выжечь. Назовите имена других выживших членов вашего рода, и, возможно, Творец смягчит вашу участь.

Ответ: Моя семья погибла, я остался один.

Вопрос: Прекратите врать! Ваша сестра бежала и скрывается под чужим именем. Где она?

Ответ: Я не знаю. И даже если бы знал — не сказал бы вам, палач в рясе».

Я перечитала эти строки трижды, прежде чем осознала их смысл. Братство планомерно уничтожало магов огня. Не осталось никого… Мы, Каравеллы, выжили благодаря хитрости прадеда, и все равно нас нашли.

Дальше шли описания пыток. Сухие, протокольные строки, от которых у меня потемнело в глазах. «После третьего применения обсидианового артефакта допрашиваемый потерял сознание. Магический фон снизился до нуля». «После пятого применения допрашиваемый не реагирует на огонь свечи, поднесенной к коже. Магические способности, по-видимому, полностью подавлены. Теперь можно нанести удар обсидиановым ножом».

Я закрыла папку, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Они пытали… обсидианом, выжигая магию. А потом… Я смотрела на пожелтевшие листы и не могла пошевелиться. Слезы текли по щекам, но я их не замечала. Так было жаль всех. И как же в этот момент я возненавидела Братство Пепла. Они сожгли магов без жалости, как и меня.

«Сердце Феникса» горело теперь почти нестерпимо, словно разделяло мою боль и ярость. Я положила ладонь на грудь, где под платьем прятался артефакт, и почувствовала, как жар разливается по телу, наполняя силой.Воздуха не хватало — стены кабинета давили, потолок нависал, а перед глазами все еще стояли сухие строчки протоколов. Оставаться здесь я больше не могла. Вскочила так резко, что стул едва не опрокинулся, и, хватая ртом воздух, почти выбежала в коридор. На улицу. Немедленно. Чтобы вдохнуть свежего воздуха и ощутить себя… живой.