Книга Истинный на 21 день, страница 120 – Кира Эро

Шелтис атаковал снова — быстрой связкой ударов, отработанной до совершенства, каждое движение точное, смертоносное. Тэвиэр отступала, кидая заклинания одно за другим, но он уклонялся, подныривал, отбивал магию клинками, приближался всё ближе, сокращая расстояние между ними.

Третья жрица попыталась атаковать его со спины, но он почувствовал её присутствие, развернулся на пятке и полоснул по лицу — клинок прошёл через глаз, через череп, и она упала мёртвой, даже не успев вскрикнуть.

Ноги его подкашивались, мир плыл перед глазами, боль заполняла всё тело, пульсировала в ранах, в груди, в голове. Шелтис едва стоял на ногах, держался только на одной ярости, на одном желании — убить её, закончить это.

Тэвиэр швырнула в него последнее заклинание — мощное, разрушительное, вырывающее из её рук всю оставшуюся силу.

Шелтис не уклонился.

Принял удар на себя — магия врезалась в грудь, швырнула назад, и он пролетел несколько метров, ударился спиной о колонну так сильно, что в рёбрах что-то хрустнуло. Боль взорвалась ослепительной вспышкой, выжгла всё остальное, и он упал на колени, давясь кровью, которая хлынула горлом, заполнила рот металлическим привкусом.

Но не выпустил клинки.

Тэвиэр подошла ближе — медленно, тяжело дыша, опираясь на стену, израсходовав слишком много сил, слишком много магии. Руки её дрожали, лицо побледнело до цвета старого пергамента, губы посинели.

— Ты не сможешь, — выдохнула она хрипло, глядя на него сверху вниз. — Ты слишком слаб.

Шелтис поднял голову, встретился с ней взглядом — зелёные глаза смотрели в алые, и в них горело пламя, которое не могло погаснуть.

— Посмотрим.

Он рванулся вперёд — последним усилием, последним рывком, используя всё, что осталось, — вонзил клинок в её живот, под рёбра, вверх.

Тэвиэр ахнула — коротко, удивлённо, глядя на него широко распахнутыми глазами.

Шелтис провернул клинок, чувствуя, как тёплая кровь хлынула на руку, как тело матери обмякло, повисло на лезвии.

— Я достаточно силён, — прошептал он, глядя ей в лицо, видя, как жизнь утекает из алых глаз, как они тускнеют, теряют блеск. — Ведь меня воспитала ты.

Он выдернул клинок, и Тэвиэр упала — медленно, как подкошенное дерево, рухнула на мрамор с глухим стуком. В этот момент двери храма распахнулись снова. С грохотом, от которого задрожали стены.

Вбежала вторая волна дроу — десятки воинов, с искажёнными ужасом лицами, с криками на губах.

— Драконы! — выкрикнул один из них, задыхаясь, хватаясь за дверной косяк. — Драконы атакуют город! Они никогда… никогда не нападали! Что происходит?!

Голоса смешались в хаос — крики, вопросы, паника, разливающаяся по храму волной. Шелтис не слышал их.

Он опустился на колени рядом с матерью, чувствуя, как силы покидают его, как ноги отказываются держать. Клинки выпали из рук, звякнули о мрамор. Кровь текла из его ран ручьями, заливала пол вокруг, смешивалась с кровью Тэвиэр, образуя тёмную лужу. Он протянул руки, поднял её — осторожно, почти нежно, — прижал к груди, чувствуя, как её дыхание становится всё слабее, всё реже.

— Теперь можно, да? — прошептал Шелтис, глядя в её лицо, видя, как губы дрожат, пытаются что-то сказать. — Признаться в слабости.

Он наклонился ближе, чувствуя, как слёзы жгут глаза, как горло сжимается от слов, которые никогда не произносил вслух.