Книга Истинный на 21 день, страница 106 – Кира Эро

Комната закружилась. Я закрыла глаза, пытаясь не представлять эту картину — женщину, застывшую истуканом у кипящего котла, вынужденную слушать агонию любимого, каждый его крик, каждую мольбу о пощаде, зная, что альтернатива — смерть их детей.

— А потом? — спросила я шёпотом, боясь ответа.

— А потом она стала Тэвиэр Седьмой, — сказал Шелтис, и впервые в его голосе прорвалась живая эмоция — боль настолько глубокая, что я почувствовала её физически, как удар в солнечное сплетение. — И возненавидела нас с братом. Потому что ради того, чтобы мы жили, она убила единственное, что имело для неё значение. Мы стали живым напоминанием о её предательстве. О том, как она стояла и слушала, как умирает её любовь.

— Боги мои, — выдохнула я.

— Я же предупреждал, — сказал Шелтис тихо, наконец переведя взгляд с потолка на меня. — История не для нежных.

Я смотрела на него — на красивое, безупречное лицо, на зелёные глаза, полные застарелой боли, на губы, скривившиеся в горькой усмешке. И вдруг в голове начали складываться кусочки мозаики.

Ненависть Тэвиэр к сыновьям. Нечто масштабное в храме — ритуалы, жертвоприношения, армии, движущиеся к границе.

Жертва.

Осознание пронзило меня, как клинок между рёбер, выжгло изнутри, заставило сердце провалиться вниз, а потом забиться в бешеном ритме.

Я поняла, что ускользало от меня все это время, что я не могла понять, потому что сама никогда бы так…

Шелтиса готовят в жертву.

Я села на постели рывком — резко, судорожно, словно меня ударило заклинанием. Шелтис вздрогнул, попытался удержать меня, но я уже срывалась с места, босые ноги касались ледяного пола клетки.

— Эш, что…

Слова не имели значения. Только действие. Только скорость.

Я метнулась к выходу из клетки, захлопнула дверцу с грохотом, повернула ключ так резко, что металл взвизгнул протестующе. Замок щёлкнул окончательно.

— Эш! — голос Шелтиса стал громче, требовательнее, наполненный тревогой.

Я одевалась, не глядя — хватала одежду. Застежки не слушались, проскальзывали, и я ругалась сквозь зубы, заставляя руки двигаться быстрее. Доспехи. Кожаный нагрудник накинула на плечи, даже не застёгивая полностью. Сапоги. Всё наспех, лихорадочно, пока мысли неслись галопом.

— Эш! — Шелтис рванул прутья клетки, металл зазвенел, но руны защиты удержали. — Что происходит?! Скажи мне!

Я обернулась к нему на секунду — только на секунду, встретив его взгляд, полный непонимания и страха.

— Я должна поговорить с Альмом, — выдохнула я, хватая плащ, забыв надеть сапоги до конца. — Сейчас. Немедленно.

— О чём?! Эш!

Но я уже вылетала за дверь, оставляя его крики позади, эхом отдающиеся в коридоре.

Бежала. Босиком по холодному камню, не чувствуя боли, не замечая ничего вокруг

Мне нужен был Альм.

Потому что если я права — а я чувствовала это нутром, каждой клеткой, — у нас почти не осталось времени.

Я взлетела по винтовой лестнице башни, перепрыгивая через две ступени разом, цепляясь ладонями за шершавый камень стен, чтобы не потерять равновесие на крутых поворотах. Лёгкие горели, воздух хрипел в груди, сердце колотилось так отчаянно, будто пыталось выбраться наружу сквозь рёбра.

Босые ступни скользили по холодному камню, оставляя влажные следы — пот или кровь, не знаю, не важно.