Книга Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда, страница 103 – Яна Сандерс

— Святой отец, — снова заговорил Винсент, — спрошу иначе: почему вы решаете подобные дела без участия полиции?

— Но такими вопросами всегда занималась церковь.

— Если бы вам подбросили этих детей под дверь, то ради бога. Но распоряжаться их судьбами при живой матери, какой бы она ни была, вы права не имеете.

— Я составил письмо в епархию.

— Вы поторопились.

Мужчины скрестили взгляды. В тишине, где каждый прислушивался к звукам вокруг, пытаясь уловить, что происходит, делалось жутко. Детям Мари Робсон грозило стать жертвами несовершенного законодательства этого несовершенного времени в мире, где дети, их воспитание и обучение всего чаще брошены были на самотёк. Ники верно тогда сказала. Никто не желал думать о будущем, все эти люди жили здесь и сейчас. А дети. Что-нибудь вырастет и ладно.

Не выдержав, я выступила вперёд и прошептала:

— У этой женщины четыре дочери, Винсент. И одну из них она уже потянула за собой. По-твоему, это нормально? Или мы не станем заглядывать в чужие окна? Они твои подопечные, и ты несёшь ответственность за них по части соблюдения прав человека. И уж поверь мне, дети Мари тоже люди, хоть и маленькие, и если сейчас не принять меры, их жизни будут разрушены.

Винсент укоризненно посмотрел на меня и, не менее укоризненно покачав головой, сказал так громко, чтобы слышали все:

— Констебль, прошу, приступайте. Сделайте то, за чем приехали.

Он отошёл и, скрестив на груди руки, стал ждать. Полицейский, который безмолвно наблюдал за происходящим, откашлялся и, вынув из-за пазухи форменной куртки какой-то свиток, заговорил:

— Именем закона Мари Робсон арестована.

— Что?! За что?! — взвизгнула та, ещё больше став похожей на откормленную свинью.

— Вы занимались незаконной торговой деятельностью на территории Эттерфилд. И мало того что не отчитывались о доходах, так ещё и задолжали по уплате налога в казну.

— Ничего я вам не должна! У меня дети! Я вон, снова ребёнка жду! Мне можно не платить!

— Такого закона нет, и вы это прекрасно знаете. А теперь прошу, пройдёмте со мной по-хорошему.

— Не пойду я с вами! Вы все сговорились против честной женщины! Люди, посмотрите, что делается!

Но люди больше не велись на её спектакль и глядели с осуждением и неприязнью на потуги Мари выйти сухой из воды.

Когда от толпы отделились два молодца в полицейской форме, женщина окончательно ополоумела. Она принялась ругаться так скверно, что старшим детям пришлось закрыть уши младшим. И продолжалось это ровно до тех пор, пока брыкающуюся и орущую Мари не сковали наручниками и не усадили в экипаж.

Только когда звук колёс и топот копыт стихли, мне удалось прийти в себя. Не каждый день подобное увидишь. Оглядев присутствующих, остановилась на Винсенте, и меня вдруг осенило. Он всё знал. Знал заранее и спланировал арест Мари. Неужели так за детей волновался или проблемы казны не давали покоя? Впрочем, неважно. Всё случилось так, как должно было.

— Спасибо, — сказала я, обращаясь к лорду. — Но ведь она беременна. Разве можно её в тюрьму?

Винсент хмыкнул.

— Тебя беспокоит её здоровье?

— Скорее здоровье ребёнка.

— Не нужно волноваться. До родов Мари устроят в монастырь. А там видно будет. Уверен, падре Густав подыщет хорошее место для будущей матери и нам не придётся из-за такой ерунды, как Мари Робсон, беспокоить епархию.