Книга Секрет актёрского мастерства, страница 23 – Инна Ласточка

— Меняющие — не актёры, Муза, нам приходится… — он резко смолк, устремив взгляд вдаль, потом сказал. — Да, я был им.

Муза решила не лезть ему в душу, но у неё ещё оставались вопросы, и она не могла их не задать.

— Ты сказал, что меняющие почти все европейцы, но Ксандр, например, не очень похож на европейца… Значит, были и русские?

— Много кого было… — печально заметил Арлекин. — А Ксандр? Это тот, с ангельской внешностью? Так он и на человека не очень похож. Знаешь, Муза, что бывает, когда двое влюблённых очень светлые, когда одно только добро делают и в любви живут? Вокруг них собирается светлая энергия, способная созидать, и так рождаются ангелы… мы так светлых существ обратной стороны называем. И бывает, что в момент концентрации этой силы, у влюблённых появляется ребёнок… такой как Ксандр, а если говорить на чистоту, Александр Левин. Полуангел… Будь он истинным ангелом, помогал бы людям, а теперь вон что… на сцене играет.

— Ты не любишь театр? — удивилась Муза.

— Люблю. Только считаю, что для меняющих это бездарная трата времени. Мы можем спасать жизни, создавать события, а сидим тут, продаём эмоции тем, кто настолько ленив, что не желает приложить усилия, чтобы хоть что-то почувствовать.

— Почему ты так говоришь?

Арлекин отмахнулся и замер.

— Она здесь. Тихо, — он приложил палец к губам и хотел было идти за собакой, но Муза схватила его за локоть.

— Подожди. Я, кажется, поняла… — прошептала она.

— Что? — он многозначительно опустил взгляд на её руку.

— Не надо за ней бегать, — Муза смутилась и отошла. — Её приманить надо, приласкать, тогда, может, она сама нас отведёт?

Арлекин одобрительно кивнул.

— Вполне. Давай попробуем, — он сел на пол в позу лотоса и положил рядом трость. Муза устроилась в шаге от него, обращаясь в слух.

Цокот коготков по полу звучал где-то за поворотом и постепенно удалялся. Сначала собака бежала, думая, что её преследуют, но потом замедлилась и остановилась совсем. Муза затаила дыхание, сердце в тишине отсчитывало секунды и ухнуло вниз, когда коготки пробежали в обратную сторону. Собака выглянула из-за поворота, едва видимая на фоне зеркального коридора, настороженно принюхалась, потом решилась подойти, а через минуту уже яростно виляла хвостом под ладонью Арлекина. Он гладил её по голове и улыбался. Муза тоже хотела, но схватила рукой воздух.

— Ты её чувствуешь? — спросила она.

— Да, — Арлекин отпустил собаку и встал. — Идём, Рой покажет, куда идти.

— Его зовут Рой? — Муза поднялась следом. — Интересное имя…

— Как и всё здесь, — сказал Арлекин. — Это имя ему дал первый хозяин.

* * *

Пудель больше не убегал, он вёл Музу и Арлекина тайными тропами, срезал там, где, казалось бы, не видно было пути, открывал двери, которых мгновение назад не существовало, и в конце концов остановился, грациозно подняв правую переднюю лапку перед дрожащей поверхностью зеркальной двери. По ту сторону виднелась тускло освещённая сцена с коричневым фортепиано по центру, столики и стулья вокруг, микрофон, потрёпанная гитара и далёкий мрачный пустой зал. Между всем этим скользили самые настоящие призраки — их белые силуэты просвечивались желтоватыми лучами ламп. У Музы по спине побежали мурашки, ей показалось, что вокруг сгустился туман, а под кожу пробрался могильный холод. Она невольно задрожала.