Книга Секрет актёрского мастерства, страница 21 – Инна Ласточка

— Ты чего, убираешься что ли? А я тебе поесть захватил, ты сегодня в столовую забыла сходить, — он показал пакеты. — Вот… а я вроде как назначен тебе наставником по освоению в театре, так что напоминаю, что есть всё же надо не забывать.

— Ой, — Муза потёрла ушибленное плечо. Она и раньше, когда была чем-то увлечена или взволнована, забывала поесть, поэтому мысленно отругала себя, — спасибо. Проходи, я сейчас…

Давай, — сказал Адриан и ушёл шуршать пакетами к креслам и столику.

С момента тренинга он казался недовольным, почти обиженным, но Музе было не до этого — она открыла кран в ванной, возвращаясь мыслями к загадке, и принялась мыть руки.

— Ну ты где? Остынет! — крикнул Адриан ровно в тот момент, когда до носа добрался запах куриного супа, котлет и овощей.

— Иду, — Муза наскоро промокнула полотенцем ладони и вышла.

На столе действительно стоял куриный суп, котлеты и пюре в судочках, а рядом две бутылки лимонада. У Музы заурчало в животе. Она села и сразу накинулась на еду, пока Адриан разглядывал её.

— И всё-таки, зачем ты убиралась? — спросил он.

— Так фто не щё елать? — с набитым ртом ответила Муза.

— Что?

Она шумно сглотнула и повторила.

— А что мне ещё делать-то? Решила себя чем-то занять…

— Ну не знаю, — Адриан не спеша открыл свою еду, — могла бы подождать несколько недель, пока научишься основам управления и контроля, а потом убраться магией. Я бы помог, но… — он коснулся маски на лице, — сама знаешь.

— Магией не хочу, — Муза крутанула крышку бутылки, и та с шипением открылась. — Когда руками убираешься, мысли приходят всякие важные, интересные, идеи…

Адриан закатил глаза.

— Женщины! — он тоже открыл лимонад и за один присест выхлебал пол бутылки, а потом вдруг нахмурился. Часть его лица, не скрытая маской, приобрела пепельный оттенок. — А на тренинге что устроила?

— Что? — Муза доела котлеты с пюре и перешла к супу. — Я не знаю, как надо. Никто ничего толком не рассказал, Огюстус занят…

— Ты проживаешь свои эмоции полностью, по-настоящему, отпускаешь их, — с осуждением заметил Адриан, неспешно ковыряя вилкой пюре. — Так ты никогда не сможешь их контролировать.

— Но Огюстус сказал, что сдерживать их равносильно смерти…

— Красивая метафора, я не согласен с ним, — Адриан откусил большой кусок котлеты и долго жевал, прежде чем продолжить. — Хотя, лезть я в это не буду, и обсуждать с тобой тоже. Любые мнения, расходящиеся с мнением Бувари, заранее неправильные. Он требует учиться балансу, я считаю, что нужно эмоции сдерживать. Так проще в случае с нашей магией.

— Я не понимаю, — Муза вспомнила в деталях сегодняшний тренинг, — это ведь идёт против самой сути нашей работы. Смысл актёрского мастерства в том, чтобы подлинно чувствовать. Секрет актёрского мастерства в том…

— Что нет никакого секрета, — скучающе закончил за неё Адриан. — Да, но мы не обычные актёры, а меняющие реальность. Нам нельзя относиться к этому халатно. Ни огненные маги, ни какие другие не в состоянии делать то, что делаем мы… уничтожить мир, перекроить его, как когда-то сделал Грей.

— Как это перекроить? — Муза вспомнила, как Огюстус упоминал Грея, и ей стало интересно узнать подробнее, но Адриан занервничал и встал.

— Слушай, — произнёс он, — мне идти пора, у меня встреча с друзьями и всё такое. Завтра утром зайду за тобой, отнесём судочки в столовку.